Не согласен и с тем, что мы его распустили. Наверное, нет ни одного тренера без «тараканов» в голове. Вообще, среди творческих людей абсолютно здоровые, без «тараканов» — редчайшие исключения. И к ним, представьте, некоторые даже относятся с раздражением! У меня есть знакомый меломан, который не любит пианиста Дениса Мацуева. За что, казалось бы, его не любить, если не считать того, что он — спартаковский фанат? Этот человек не переносит его за то, что он… слишком здоровый! Музыкант, по его представлению, должен быть с тонкими кистями, бледный, субтильный. А тут — высокий, модный, румяный, получающий явное удовольствие от жизни человек. Творцы, дескать, должны быть другими!

Где-то раз в неделю я не то чтобы доставал книжки по психоанализу и штудировал их — но проводил с Властимлом некие дилетантские курсы психотерапии. Выбирали местечко, чтобы пообедать, побеседовать о жизни, о футболе. Раз в две недели подключал к этому Давида. Шла постоянная работа по приведению Петржелы в норму с точки зрения его недостатков. А «прессовать» его было бессмысленно, потому что мы бы в этом случае Власту потеряли.

Впрочем, Петржелу теряли и так.

Тайное станет явным уже спустя несколько лет — осень 2008-го. Точнее, выяснятся истинные масштабы бедствия, которое происходило с Петржелой. О том, что он — завсегдатай казино, в Питере не говорил только ленивый. Но то, что игорные заведения разорят тренера и доведут его до лечения от игромании в психиатрической клинике в пражском районе Бохнице, в пору его работы в «Зените» все же не мог предположить никто.

Переводчик, друг и соавтор Петржелы по книге Иван Жидков писал в газете «Спорт день за днем»:

«О том, что Властимил ходит в казино, знали, наверно пол-Чехии и пол-России. Но насколько серьезно это влияет на его жизнь (не будем даже говорить о работе) — вряд ли кто-то мог догадаться. Кроме того, травмы, полученные во время игровой карьеры, и постоянные стрессы, связанные с более чем 20-летней карьерой тренерской, оказались причиной многих заболеваний, спасением от которых стали лекарства. Очень большое количество лекарств. Петржела до последнего пытался доказать самому себе, что ничего не происходит. В итоге он потерял интерес к семье, ему быстро надоедала работа, как это получилось в Оломоуце и Баку. Он ругался руководством, а история о разводе с женой Зузаной стремительно облетела все газеты.

Она, правда, остается единственным человеком в Чехии, помогающим Властимилу и сейчас. К примеру, навещает его в больнице строгого режима, где он проходит множество процедур по очищению организма, соблюдает строжайший режим и имеет право лишь раз в неделю взять в руки мобильный телефон».

Сам Петржела признался Жидкову:

«В какой-то момент стало страшно. Я потерял семью, деньги, возникли проблемы с работой. Можно было либо застрелиться, либо что-то кардинально изменить. Когда шел на лечение, твердо знал, что я прав. И сейчас верю, что вернусь и найду в себе силы продолжить жить, причем совсем по-другому».

Дай Бог ему силы и воли, чтобы выкарабкаться. Ведь разговор тут уже не об игре, а о настоящей трагедии личности. Трагедии, случившейся с хорошим, хотя и далеко не простым человеком. Ему, иностранцу, удалось влюбить в себя весь Петербург, который всегда и во всем предпочитал своих. И Питер, обожавший его в минуты славы, не имеет права остаться равнодушным, когда он оказался в беде. Нет ничего хуже, чем относиться к людям, тем более принесшим столько радости, как к отработанному материалу.

Бывшая жена Петржелы Зузана рассказывала в интервью «Известиям» и «Советскому спорту»:

«Власта всегда был азартным, поигрывал на рулетке и раньше. А зарплата, которую ему выписали в Петербурге, окончательно лишила его тормозов. Эх, если бы ему платили не так много… Свою роль сыграли и антидепрессанты, которые он начал принимать по ходу работы в "Зените". Он просто не осознавал, сколько денег проигрывал. Это увлечение превратилось для него в наркотик.

Виновата не зарплата, а человек, который не научился себя сдерживать. Он в Питере получал очень хорошие деньги. Мужу хотелось показать, что он самый хороший. Властимил всегда был щедрым, но, живя в России, он просто заваливал меня и дочь подарками. У меня было все, иногда я чувствовала себя звездой! А Властимил, вероятно, представлял себя богом…

Уже после того, как мы уехали из Санкт-Петербурга, муж продолжал проигрывать деньги, работая в "Сигме" а затем в "Нефтчи". Стало ясно, что болезнь прогрессирует. Я сказала Власте, что ему необходимо лечиться. Он не слушал. К счастью, спустя некоторое время муж сам понял, что нужно обратиться к врачам. В больнице они максимально ограничили круг его общения. Например, ему нельзя было говорить по телефону, запрещалось слушать музыку…»

Еженедельнику «МК в Питере» Зузана сказала: «Власта проиграл все, что заработал в жизни. Но он мне чужой человек. И потом, я знаю совсем другого Властимила — умного, интересного, талантливого тренера. Когда он пришел и сказал, чтобы я помогла ему устроиться в клинику, то была удивлена. Мне казалось, что он никогда на это решится. Но решился — потому что устал жить в постоянной зависимости от лекарств и рулетки… Если он станет снова играть в казино, то больше его видеть и слышать буду. Я ему так и сказала.