При этом Фурсенко, возмутившись тем, что Кержаков не сдержал своего слова, в свою очередь, отменил решение о повышении ему зарплаты. И вот тут Керж обиделся, перестал тренироваться. Дик мне говорил: «Ты ему скажи, что мы-то были за его отъезд, понимали, что в такую команду не приглашают несколько раз». Мы это Саше сказали, он ответил: пусть тогда поднимут мне зарплату. Однако тут уже жесткость проявил Сергей Александрович: мол, сделал бы Кержаков, как обещал — получил бы повышение зарплаты. А так — извини, парень, сам виноват.

Я же оказался в самой сложной ситуации. Объяснял ему что являюсь теперь спортивным директором клуба и больше не могу выполнять функции его агента. Он окончательно обиделся и ответил, что его агентом будет отец.

А потом еще нашелся какой-то человечек, «жучок», который связался с «Севильей» за нашей спиной, и они попытались нас обдурить. Не получилось — но и трансферная сумма и личный контракт Кержакова с «Севильей» оказались намного меньше, чем должны были. Когда я, еще будучи его агентом, обсуждал с «Севильей» возможный переход Саши, речь шла об одних условиях, а уехал он совсем на другие. Люди, которые подсуетились и его продали, положили причитающиеся ему деньги себе в карман.

А осенью 2006-го Саша вообще перестал думать о футболе — и закономерно сел на скамейку. Дик говорил ему: «Саша, ты хороший игрок, многое сделал для клуба, забил сто мяч. Но когда я пришел, ты не дал мне шанса! Докажи, что ты — лучший!» Он возразил: мол, я все уже доказал. Адвокат ответил, что доказывать нужно не вчера, а сегодня. И попросил Кержакова, чтобы тот помог команде и самому себе. Дик сказал: «Тогда у нас будет возможность после сезона попросить совет директоров, и ты уйдешь красиво, через парадный вход. А ты пытаешься уйти через заднюю дверь».

Но Керж его так и не понял, и в итоге ушел через черный ход. Во многом поэтому, когда зашел разговор о его возвращении в Россию, «Зенит» не захотел брать его обратно. Не буду называть имен — но когда прошел слух, что Кержаков вернется в команду, некоторые футболисты позвонили мне и Фурсенко и сказали, что это будет неправильно. Говорили мы на тему возвращения Саши и с Диком (мы беседовали с Capсанией осенью 2008-го. — Прим. И. Р.). Он сказал, что пока к этому не готов. Против, словом, были и главный тренер, Фурсенко, и ряд футболистов, и я. Сам же слух объяснялся тем, что, когда Кержаков потерял место в составе «Севильи», Виталий Леонтьевич обронил фразу: «Это игрок сборной, ему нужна игровая практика. Почему бы не вернуть его в родной город?» Но поскольку он некрасиво ушел, даже протекция Мутко не могла ему помочь.

У меня нет к Кержакову никакого антагонизма. Считаю, что сделал для него многое, при мне его карьера все время шла вверх. Но после того, как он поступил, уходя из клубе дружбы у нас нет.

Отличие в ситуациях Кержакова и Аршавина заключается в том, что Андрюха продолжал хорошо относиться к своей работе и не давал ни малейшего повода усомниться в тол что он — профессионал. Кержаков же мог позволить себе не полететь с командой во Владивосток, сославшись на мнимую травму. Или сачковать на тренировках. Дик говорил мне «Спроси у ребят — может, он так всегда тренируется, а выкладывается только в игре?» Я спрашивал Радимова, Малефеева, других. «Нет, — говорили, — это он просто дурака валяет». Потому он и перестал попадать в состав, а не из-за того, что Дик на него обиделся! Саша может говорить все, что хочет, но Адвокат такой человек, что если игрок хорошо работает на тренировках, то будет играть. Аршавин, несмотря на всю свою обиду, работал — и его место в составе сомнению не подвергалось.

А то, что Кержа народ на «Петровском» хорошо встретил — так почему плохо-то? Человек действительно сделал для «Зенита» очень много. Люди смотрят на поле — и далеко не каждому интересно то, что происходит за его пределам! И, наверное, это правильно.

Есть свое мнение о бизнес-составляющей этого конфликт и у Рапопорта:

— Летом 2006-го «Зенит» за достаточно серьезные деньги — кажется, десять миллионов — приобрел Фатиха Текке Его привез Сарсания. Ну и как вы себе представляете: можно его держать в запасе? А если нельзя, то кто должен сесть на лавку?

Мне кажется, в обсуждении темы ухода Кержакова смещены акценты: он захотел активно уехать именно после того, как с ним стали так обращаться. Не случайно Саша как раз в этот период перестал общаться с Сарсанией. Кержаков — совсем неглупый парень, и он понял, что играть все равно будет привезенный за большие деньги футболист. И обида его, уверен, была связана именно с этим. Уверен и в другом: он бы и сейчас вернулся в «Зенит», если бы позвали. Но этого должен захотеть Адвокат.

Обвинение серьезное, но Рапопорту можно предъявить один весомый контраргумент. В межсезонье-2008/09 «Зенит не поскупился на приобретение у «Динамо» полузащитника сборной Игоря Семшова. Нужно было предъявить игроку очень весомые аргументы, чтобы он ушел из клуба, вышедшего пусть даже в квалификацию Лиги чемпионов, в «Зенит», который до этого престижного соревнования не добрался. И чтобы футболист выбрал не «Спартак», где он бы царствовал в центре полузащиты, а команду, где для попадания в состав придется преодолеть огромную конкуренцию.