Кружкова — Что вы, Ирина Фёдоровна! Свиридов… Напустил на себя грубость, развязность, вначале, правда… Вот если бы он мог также понять…

Гринева(прищурясь) — Свиридов?

Кружкова — Да нет же, Ирина Фёдоровна! Кривошеин… Теперь ему трудно… Дороги отрезаны.

Гринева — По-моему, не все. Депутат должен знакомиться с бытом своих избирателей.

Кружкова — Что вы?! Он не поймёт.

Гринева — Он же с высшим образованием!

Кружкова — Не тот предмет…

(Входят Полозова и Северова. Гринева и Кружкова подымаются им навстречу.)

Полозова — Здравствуй, Аня. Здравствуй, Ирина.

Кружкова — Здравствуйте, Нина Ивановна. (Здороваются.)

Полозова(подошла к новым тканям) — Хорош матерьял! Ох, иоденемся же мы, бабоньки, с вами! Хорош матерьял! Подай-ка, Аня! (Кружкова подходит. Полозова ловко, профессиональным движе-нием ткачихи выхватывает кусок материи и прикинула его к Кружковой.) Хорошаневеста! Хочу видеть тебя на твоей свадьбе в таком платье!

Северова — Не состарилась бы она к тому времени.

Полозова — Что так?

Северова — Всё то же…

Полозова(Гриневой; неожиданно.) — Затруднительное у тебя положение. С одной стороны, муж, с другой — интересы производства. Как решить?

Гринева — У тебя хотела спросить.

Полозова — А сама?

Гринева(уклончиво) — Сама потом…

Полозова(села на место Гриневой; ко всем). — А может, Потапов прав? Ведь он хороший хозяйственник! Может, ему видней. Как, Ольга?

Северова(смотря на Гриневу) — Понимаешь… У него есть одна опасность… А впрочем…

Полозова — Подожди, не уходи от прямого разговора… Ирина — взрослый человек. Говори, что тебе кажется?

Северова — Это, в общем, трудно объяснить. Он становится только хозяйственником. Теряет черты коммуниста. Делягой становится. Выключает себя из общего потока.

Полозова(задумчиво) — Да-а… Сто тридцать семь процентов. А знаете, ведь у него есть стахановцы, у которых прямо астрономические показатели…

Северова — Не слишком ли много у него астрономии?

Гринева(словно продолжая ранее начатую фразу) — Я скажу вам, так мне кажется… С ним происходит что-то недостойное, обидное длянего…

Полозова — Ну, ну… интересно. (Глубже усаживаясь в кресло.) — А ты с ним разговаривала?

Гринева — Я жена… Впрочем, говорила. Мы с ним вчера резко поссорились. Так — впервые.

Полозова — Жирок благодушия появился? В этом мы, пожалуй, сами виноваты. Но, с другой стороны, план-то, план он ведь прекрасно выполняет?!

Северова — Частник!

Полозова — Что ты, Ольга, говоришь?.. Какой он частник! Побольше бы таких для государства.

Северова — Консерватор…

Полозова — Ты его ещё лейбористом обругаешь… Но, с другой стороны, в районе, да и в Москве, пожалуй, нет другого завода, который сумеет так быстро освоить ваш заказ. Технолог там башковитый… Вот с ним проконсультироваться, как думаете? Может, вызвать его в райком? Он коммунист?

Кружкова — Кандидат.

Северова — Потаповский подпевала.

Полозова — Что ж, они не так уж плохо поют… У них получается…

Гринева — Мне Потапов сказал, что Кривошеин по его заданию дляминистерства докладную записку писать будет.

Северова — Представляю, что он напишет!

Гринева — Да, уж если Алексеи не захочет…

Северова — Зачем технолог будет портить отношения с директором, даже если тот и не прав?!

Полозова — А что думает депутат по этому вопросу?

Кружкова — То же самое, что и избиратели.

Полозова(взглядом указывая на Северову) — Отдельные избиратели могут ошибаться.

Кружкова — Могут. И я думаю, что в отношении товарища Кривошеина они ошибаются, он чест-ный человек.

Полозова — У тебя есть основания, чтобы так говорить?

Кружкова — Да.