— Я защищал свою жизнь. Перешел дорогу кое-кому из тех, кто не любит прощать обиды. Подался в бега, но, видимо, не смог замести следов…

— В таком случае можешь быть спокоен. В Боргарде он тебя не достанет. Надолго тебя на койку прохлаждаться отправили?

— Мерзавцев, напавших на меня, так и не смогли найти — они забрали своих раненых, а свидетельских показаний хватило на сорок неполных седьмиц.

— Хороши свидетели! — присвистнул юноша, — Столько даже за трактирную драку с вредительством здоровью и спокойствию трезвых граждан не дают.

— Ну, мечом я вроде неплохо владею, да и пару магических амулетов пришлось использовать. Так что потасовка вышла шумной и приметной. А ты сам как, надолго?

— Если повезет, то на пару дней. А если как обычно, то полгода придется тут с тобою куковать. Еще и штраф уплатил в сотню серебра… А я еще жаловался, что у той жирной коровы яблоки дорогие, по семь-то медяков!

— У какой еще коровы? — заинтересовался Риул.

— Долгая история. Может, потом расскажу. Да и хвастать там особо нечего.

— Отбой! Отбой по камерам! — раздался вдруг зычный голос обходного стражника, усиленный магией и эхом.

— Мрель! — припомнил в сердцах излюбленное ругательство Бритвы юноша.

— Чего-чего?

— Не обращай внимания. Просто, поужинать сегодня не довелось, да и, похоже, уже и не удастся. Это эльфийское ругательство. Правда, эльфийского языка я не знаю…

— Ну, это я и сам понял, — хмыкнул путешественник и чему-то улыбнулся.

— Ладно, ты давай, укладывайся, а я пока посмотрю, какими удобствами меня на этот раз порадует Боргард. Раньше мне выше шестого уровня бывать не пориходилось, а там камеры хуже.

Риул хотел было что-то еще сказать, но махнул рукой и лег на свою койку, стараясь уснуть и не обращать внимание на копошение своего сокамерника у противоположной стены. И вскоре свет, который давал серебристый мох, покрывающий потолок густым ковром, стал совсем-совсем слабым.

Когда дыхание Айвена стало совсем ровным, Риул вдруг резко поднялся на своей кровати. Осторожно слез, на цыпочках подкрался к спящему юноше и присел рядом с ним. Вытянул вперед руки открытыми ладонями вниз, почти касаясь ими груди вора и начал ими водить из стороны в строну. Охранные заклятия Боргарда, которые должны были уловить малейшую попытку волшбы, на его действия не реагировали…

Выспался Айвен на новом месте отменно, а вот пробуждение нельзя было назвать приятным. Дверь камеры резко распахнулась, надрывно проскрипев, и в нее вошли две высокие фигуры, закутанные в темные плащи.

Однако, на этот раз воровские рефлексы не подвели юношу, и тот проснулся, едва ключ вошел в замочную скважину. В отличие от "клеток", в которых ему доводилось сидеть раньше, в так называемых "ямах" не было стены-решетки, отделяющей камеру от общего коридора — только глухая стена и железная дверь. Поэтому рассмотреть, остался ли кто-то еще снаружи не удалось. На всякий случай юноша решил притвориться спящим, но, похоже, странным визитерам был нужен совсем не он.

— Вот он. Ну что, добегался? От нас не спрячешься, Риуллан тор'Дин! — произнес один из незнакомцев странным рокочущим голосом.

Айвен прислушался: за дверью кто-то негромко переговаривался, и один из голосов явно принадлежал вчерашнему стражнику — тому, что старше по званию. Значит, охрана в курсе происходящего и помощи от них ждать не стоит. А нужно ли вообще вмешиваться? Риула он практически не знает, правду ли тот рассказывал о себе. Разум, интуиция и инстинкты самосохранения дружным хором советовали ему ни во что не вмешиваться и вообще притвориться слепым, глухим, немым и, на всякий случай, безруким. Молчал только внутренний голос, хотя с его стороны юноша совета и не ждал — ведь именно по его указке он оказался в этой каббровой четыреста одиннадцатой!

Сокамерник тоже проснулся, едва начала открываться дверь, и сейчас он спокойно сидел на койке, по очереди рассматривая врагов. В том, что это были именно его враги, сомневаться не приходилось — в руках их тускло блестели обнаженные клинки.

— Достали таки? — голос Риула был спокойным и… печальным? — Я уже говорил раньше и повторю снова, что никакой печати у меня нет. Какие вам нужны доказательства? — он рванул на себе тюремную робу, обнажая загорелую грудь.

— Нам не нужны доказательства. Нам нужна печать, — пророкотал незнакомец и шагнул к путешественнику, но тот не стал сидеть на месте и дожидаться.

Айвен от удивления даже забыл дышать. Это была не драка, это был самый настоящий бой! Двое против одного, вооруженные против безоружного в тесной камере — они сражались яростно и движения их были так быстры, что юноша едва успевал понять, кто есть кто, и что вообще происходит. Одно он понял сразу: Риул сражался за свою жизнь, стараясь убить противников, а те же совсем наоборот — пытались взять его живым.

Путешественник не стал уворачиваться или убегать — он встал на кровати в полный рост, и, когда к нему потянулась рука, просто высоко прыгнул, пригибаясь и перелетая через противника. Риул приземлился у кровати Айвена и пригнулся, пропуская над своей головою короткий клинок. Казалось, что еще немного, и летящее по инерции лезвие поразит второго чужака, но тот тоже пригнулся, одновременно в глубоком выпаде пытаясь дотянуться кинжалом до проворной жертвы.