"И что мне делать?" — поинтересовался Айвен у незримого собеседника.

"Я откуда знаю? Это же не мне сейчас будут горло грызть…"

"Между прочим, это и твое тело тоже!"

"Увы, это так, и я не могу не считаться с этим прискорбным фактом, — согласился голос, — Но ты не волнуйся, сейчас явится принц на белоснежном коне, и спасет тебя."

"Принц? На белом коне?"

"Ну, не принц, а геомант, или геометр. И не на белом коне, а в белой рубахе…"

Внутренний диалог юноши прервал треск распахнувшейся от сильного удара двери. В дверном проеме стоял Матиуш Ройбуш, сжимая жезл золотого цвета. Он вытянул вперед руку, и из жезла ударил узкий луч, похожий на солнечный. Едва тонкая игла луча коснулась крысы, как та вспыхнула и истаяла облачком сизого дыма.

— Уф, спасибо. А то я уже… — Айвен открыл глаза и вытащил воск из ушей.

Но маг его не слушал. Еще дважды сверкнули магические лучи, сжигая притаившихся в тенях крыс, и лишь потом молодой геомант снизошел до спасенного:

— Я принял решение. Путь до Хеона неблизкий, так что советую уже собирать вещи.

— Значит, ты мне не поможешь? Укажи хотя бы, где искать Первопечатника…

— Разве я сказал, что не стану помогать? Я помогу тебе отыскать Первопечатника или то, что от него осталось. Но после этого доложу в Канцелярию по всей форме и с предъявлением улик. Не зря ведь за этой Печатью охотится Даркилон.

— Мэт? Что-то случилось? — завозился на своей кровати профессор.

— Да. Мы с Айвеном решили дальше отправиться вместе. Так что я избавлю вас от этой обузы.

— Прошу прощения, но мне было совсем не в тягость! К тому же, втроем нам будет веселее.

— Нет. Я не хочу больше подвергать вас опасности. Так что, здесь наши дороги расходятся. Но обещаю, что расскажу потом, чем все закончилось.

Старик попытался было что-то сказать, но умолк на полуслове и лишь кивнул, соглашаясь.

— Так будет лучше для нас всех. Значит, Хеон? Там укрылся ваш Первопечатник? — юноша повернулся к геометру.

— Если бы все было так просто, — вздохнул тот. — Ты слышал что-нибудь о Мурлокских Лесах?

— Мрель! — выругался юноша.

— Э-э-э… Что ты сказал?

— Это эльфийское ругательство.

— Ругательство? — хмыкнул геомант. — Уверен? Ты же теперь знаешь язык.

— Ну… Э… Сейчас попробую… Оно означает…

Оба чародея выжидающе смотрели на вора, и на их губах играла усмешка.

— Это значит "в моем супе муха"! Каббров Бритва наверняка просто подслушал его в каком-нибудь трактире и решил, что это эльфийское ругательство!

— Я тоже так думаю, — согласился Мэт, — Давай-ка спустимся вниз, и за завтраком я тебе все расскажу, — Мэт едва заметно кивнул в сторону своего дяди и покачал головой.

— Так и сделаем. Господин Ройбуш, я пришлю к вам слугу.

— Это было бы очень любезно с вашей стороны, юноша. Премного благодарен.

Айвен быстро натянул одежду и вскочил с кровати.

— Ну, я готов. Пошли.

Спустившись вниз, два молодых человека выбрали себе небольшой стол у стены. Точнее, его выбрал Мэт, и вору было решительно непонятно, какими соображениями тот при этом руководствовался — за каждым из соседних столов кто-нибудь сидел, и для секретной беседы это место решительно не подходило.

— Ты чего не присаживаешься? — слегка выгнул бровь щеголь. Сегодня он был в шелковой рубахе кремового цвета с кружевным воротником и в свободных штанах небесно-голубого цвета. На ногах модника красовались ажурно плетеные сандалии с позолоченными бубенцами. Слева на поясе висел уже знакомый светоносный жезл, а справа — небольшой кожаный мешочек.

— Если я не ошибаюсь, то мы с тобой собрались в долгое путешествие, так?

— Верно.

— В таком случае меня несколько смущает твой походный наряд. Или мы поедем в королевской карете на пуховых подушках?

— Это не походная одежда. Я ее одел специально, чтобы побеседовать с тобой. Сочетание материалов и цвета рубашки не дает постороннему человеку сосредоточиться на нашей внешности и том, что мы говорим. Правда лишь в том случае, если наблюдатель находится к западу от нас. Штаны же, в сочетании с этими сандалиями и пунктурным положением серебряных приборов на столе, убережет нас от сознательного прослушивания. Ну и кое-какие другие меры я тоже принял.

— Ага. Это и есть твоя геометрия, да? Твой дядюшка действовал несколько… иначе.

— Он просто неуклюжий старик, который больше полагается на свою интуицию. Да и что взять с выходца из Ружского Университета? Там и геометрическую мантику-то читают факультативно, — говоря все это, он переставлял на столе приборы, упорядочивая их по лишь ему известным правилам и законам. Обычные деревянные ложки и вилки маг заменил на серебряные, вытащив их из своей сумки.

— Угу. Значит он — рассеянный неуклюжий старикан, а ты здесь весь в белом лапаешь мои ложки грязными руками, да? Между прочим, он мне жизнь спас, и он твой дядя!