— А что мальчик? Я заметил, он все время молчит.

Старик снова тяжело вздохнул.

— Он болен. Немного не в себе.

— В смысле?

— Как бы правильней сказать? — он задумался. — Мальчик живет в своем мире.

— Ясно, — я посмотрел вглубь туннеля.

Неподалеку светились огни станции.

Старик обнял внука за плечо, и внимательно посмотрев на меня, спросил:

— Кого-то ищешь?

— Девушку, она была со мной и пропала во время взрыва.

— Понятно. Думаю, она в большой опасности. Но я бы на твоём месте туда не совался. Станция проклята, как я говорил.

Хотя старик рассказал, как попасть на Одиннадцатую незамеченным, я, не особо привыкший доверять первому встречному, пошел своим путем. И, как водится, путь этот оказался тернистым.

Подходы к станции были завалены различным мусором, а вокруг ни патруля, ни маломальского кордона, что, по меньшей мере, выглядело странным. Или люди здесь чересчур беспечны и плюют на собственную безопасность, что, по меньшей мере, сомнительно, или, что вернее всего: дела тут и впрямь обстоят неважно. Я спрятал автомат под куртку и двинулся вперед, навстречу судьбе.

Она не заставила себя долго ждать и вскоре встретила меня в виде растрепанного мужичка, заросшего словно леший, но с «калашом» в руках. Неужто часовой? Признаюсь, известие это меня обрадовало и расстроило одновременно.

Вроде всё вернулось на круги своя: станция худо-бедно охраняется; старичок, накрутивший меня, всего-навсего тихопомешанный. Какой-нибудь местный дурачок, который бродит по округе неприкаянным и распугивает чужаков.

Я мысленно обругал себя за чрезмерную мнительность. Таким макаром скоро буду шарахаться от собственной тени.

Осторожность, конечно, нужна, но её переизбыток приводит к плачевным результатом. Надо искать оптимальный вариант.

Я затаился в укромной нише и долго рассматривал встреченного типа, прикидывая, какая опасность мне грозит.

Снова проснулись сомнения. Что-то в нём было не так, но что именно? Стоило большого труда отогнать дурные мысли.

Заметив, что рожка с патронами в старом АК-47 нет, решительно двинулся навстречу.

Внушительная охрана, ничего не скажешь, подумал я в ту минуту, но только позже понял, как сильно заблуждался.

Когда я подошел к этому «Анике-воину» вплотную, он даже не шелохнулся, продолжая стоять в одной позе, как древний истукан. Шестым чувством я почуял неладное. И пахло тут странно. Очень странно. Подозрительно странно!

— Ты чего, мужик? — я толкнул его в плечо, и вместо того, чтобы как-то отреагировать, он упал в той же позе, не разжимая рук.

Бум! Дуло автомата уставилось в потолок.

— Ничего себе!

Я достал фонарик, и только теперь при нормальном освещении, увидел, что охранник мертв, причём довольно давно.

Передо мною лежала мумия. Вот тут, признаться, я порядком сдрейфил. Не от вида мертвеца, конечно, просто еще никто в нашем подземном, достаточно жестоком мире, не использовал в качестве пугала труп человека.

И снова по накатанному: вдох-выдох, вдох-выдох, иначе бешено колотящееся сердце выпрыгнет из груди. Если бы не пропавшая девушка, честное слово, кинулся бы сломя голову обратно, неважно куда, лишь бы подальше.

Обойдя мумию, двинулся дальше. Невдалеке, в тусклом свете фонарей, показался край платформы. Я стал ступать осторожнее, и в этот момент накатила знакомая волна страха и ненависти, только сейчас она была в несколько раз сильнее. От неожиданности я упал на колени, зажав разламывавшуюся башку руками, как будто это могло хоть чуточку помочь.

Психическая атака продолжалась секунд двадцать, но и этого оказалось достаточно, чтобы чувствовать себя выжатым словно тряпка. Теперь я понял, почему Одиннадцатой не требовалось держать посты охраны на подступах — любой нормальный человек после такой «мозгокрутки» будет бежать прочь без оглядки и остановок.

Эх, Лило, Лило! Не будь тебя, я бы так и поступил! Иногда лучше оставаться живым трусом, чем мёртвым героем.

Немного придя в себя, поднялся на ноги и, пошатываясь, побрел дальше. Неважный из меня спасатель, ничего не скажешь. Хотя упрямый и даже очень.

К сожалению, такое настроение меня не спасло. Не успел я оказаться на станции, как тут же был взят в кольцо вооруженных людей. Приехали! Кто тут рассуждал на тему отсутствия охраны? Было бы зеркало, плюнул ему в рожу.

Одиннадцатая достаточно хорошо и грамотно охранялась. Ну, что же, внутренне я был готов к любым сюрпризам, но в данном случае — сопротивление бесполезно. Грохнут, к гадалке не ходи.

И тут вспомнилась знаменитая лягушка, угодившая в кувшин с молоком, и, взбившая лапками масло. Пожалуй, мы ещё потрепыхаемся.