Алеа кивнула:

— Собирайтесь, капитан.

Начальник стражи тут же ушел за своим снаряжением. Фингин и Тагор вернулись в лагерь, но Эрван остался с Алеей. Он взял девушку за руку.

— Наверно, не стоит просить тебя быть осторожней? — проговорил он ей на ухо.

— Очень даже стоит. Всегда приятно чувствовать, что за тебя кто-то волнуется…

— За тебя волнуются очень многие, Алеа!

Она улыбнулась и нежно поцеловала магистража в губы. Потом повернулась и пошла к Фарио. Она уже успела все обдумать.

Они постарались покинуть лагерь как можно незаметнее, не затем, чтобы спрятаться от Воинов Земли, а для того, чтобы их ухода не заметили шпионы, которые, возможно, за ними следили.

Оба оделись в черное, а лица слегка вымазали углем, чтобы затемнить кожу. Держа лошадей под уздцы, они сделали большой крюк с южной стороны, обходя место, где могли скрываться разведчики. Отойдя достаточно далеко, они сели верхом на крупных вороных жеребцов и поскакали к востоку, чтобы подъехать к столице с южной стороны.

Эти лошади были самыми быстрыми из тех, что саррцы подарили Армии Земли. Быстрая скачка сквозь тьму ночного осеннего леса опьяняла. Алеа вдруг поняла, что улыбается. От ветра слезились глаза, но на сердце было легко. Она огляделась вокруг, стараясь не терять равновесия. Только Фарио по правую руку. Больше ни души. Ей было хорошо одной. Дивная минута свободы, без армии, без ответственности за нее. Всего лишь краткий миг, но он был сладок. Ей стало уютно. На время скачки забыть тысячу человек, которых она вела в бой. Тысячу взглядов. И худшие воспоминания. Потерянных друзей… Забыть обо всем, думать только о настоящем.

Только она и ветер. Только стук копыт, топчущих землю. Скрип кожи. И глухой стук сердца.

Ее душа словно погрузилась в мечты, когда Фарио вдруг натянул поводья, чтобы остановить лошадь. Очнувшись, Алеа тут же последовала его примеру. Скакуны остановились с трудом, так они разгорячились от бега. Сначала перешли на шаг, затем, шумно дыша, встали друг против друга.

— Тарнеа сразу за этим холмом, — сказал капитан. — Оставим лошадей здесь, дальше пойдем пешком.

Алеа слезла с лошади. Он тоже спешился, достал веревку из-под седла и привязал лошадей к стоящему в стороне дереву.

Они начали осторожно подниматься на вершину холма. Тарнеа была еще далеко, но вокруг города наверняка выставлены посты, и лучше пройти незамеченными. Они совершали опасную вылазку: Алеа не могла себе позволить, чтобы ее приняли за врага. Ведь без нее Армия Земли может распасться. Стараясь ступать бесшумно, они принялись искать самую неприметную дорогу, проходившую позади строевого леса и нескольких утесов, высившихся за холмом Пюи.

В отличие от других столиц, Тарнеа стояла не на возвышенности, а в долине, окруженная невысокими холмами, откуда можно было ею полюбоваться.

Ночь стояла темная и почти непроглядная. Но Алее и Фарио это было на руку, ведь они хотели пробраться незаметно. Вскоре они достигли вершины холма и начали торопливо спускаться в город.

Когда они шли сквозь густую рощу, их взорам неожиданно предстал город. В темноте виднелись дома, крытые резной черепицей. В центре среди красных крыш возвышалась башня тарнейского замка. Город был построен вокруг этого старинного сооружения и тянулся на север вдоль реки Селы, вытекающей из скалы. Позже возвели большую крепкую стену, окружившую старый город и прозванную Пирсом, а потом, по мере того как население разрасталось, за стеной выросли еще три предместья — Ожу на западе, Пин на востоке, а на том берегу реки за мостом Гриффуль — Мартин.

— Как по-вашему, Фарио, которые из городских ворот защищены меньше других?

Капитан на секунду задумался.

— Данкрэ наверняка занял замок. Именно там нам придется с ним драться. Но он находится на юге, почти на берегу Селы. Если бы не река, мы могли бы атаковать с юга, но препятствие слишком большое. Армии пришлось бы пройти по мосту Гриффуль, где мы были бы на виду. Нет. Думаю, лучше всего напасть с востока, через предместье Пин, его ворота ближе всего к замку.

Алеа кивнула. Она никогда не была в столице, хотя та и находилась недалеко от ее деревни, и ей было трудно сориентироваться. Приходилось довериться капитану.

— Единственная трудность, — сказал Фарио, — это канал, который пересекает предместье, он идет от Эстанга к востоку от замка через ворота Пина.

— А в чем трудность?

— Он преградит нам путь, если придется отступать.

Алеа поморщилась.

— Быть может, он нам как раз пригодится. Покажите мне этот канал, — попросила она.

Альмар Каэн в одиночку пробирался через Гаэлию, точно мертвец. Маольмордха изменил его, но Альмар пока не осознавал этого. Его новая сущность гнала его вперед, он шагал и шагал не задумываясь.