И тогда у меня не останется ни малейшей возможности захватить власть в Бизани.

Капитан Джаметта кивнул, тревожно сжимая руки.

Джаметта трус. Он дрожит при мысли, что отец обнаружит наш заговор у себя за спиной. Но он мне нужен. Его честь солдата можно противопоставить отцу, это будет моей поддержкой.

— Мы катимся в пропасть. Я уверен, что граф больше не способен управлять. Моя дорогая Карла, должен признаться, что мне невыносимо видеть, как он проводит время в чудовищных кутежах, которые устраивает вместо того, чтобы думать о своем народе…

— И своей армии, — мрачно прибавила Карла.

Я должна показать ему, что я тоже дорожу армией Бизани. Надо его успокоить. Чтобы привлечь на свою сторону.

— Все это так, конечно, но что же делать? — отозвался судья с другого края стола.

Карла взглянула ему прямо в глаза. Потом медленно проговорила:

— Мы должны убить моего отца.

Она произнесла это не моргнув глазом, холодно и жестко. Словно эта мысль давно и прочно завладела ее сознанием. Убить отца. Убить графа Бизаньи.

И занять его место. Я заслужила его больше, чем он. И потом, Гаэлия все равно переходит в женские руки. Алеа. Амина… А почему не я?

— Что у вас на уме! — возмущенно воскликнул судья Стефано. — Ваш отец, может, и превратился в никудышного правителя, но он наш друг! Я не желаю участвовать в подобном преступлении!

Он порывисто встал, чуть не опрокинув стул.

Знаю, судья, знаю. Ты еще не созрел. Но когда я покажу тебе, что мы сможем сделать без этого пачкуна, моего родителя, тебе сразу понравится. Увидишь.

Капитан Джаметта ухватил судью за рукав и силой усадил на место:

— Спокойно, Стефано. Спокойно. Мы еще ничего не решили, мы пришли сюда, чтобы все обсудить. Карла несколько далеко зашла… Никто не собирается убивать графа.

— Я не собираюсь обсуждать с вами убийство Альваро! — крикнул судья, выдергивая рукав из рук капитана.

— Так тому и быть, Стефано, — ответил Джаметта. — Тогда успокоимся и вместе придумаем что-нибудь другое.

Карла бросила на судью насмешливый взгляд. Никто в стране так не ненавидел старого Бизаньи, как его собственная дочь. Настолько, что убить его хотелось ей сильнее, чем даже захватить власть. Но здесь она не могла в этом признаться.

— Прежде чем понять, что нам делать с графом, — снова взял слово капитан, — важно понять, как нам вообще следует действовать.

Любым способом, который приведет меня к власти и позволит избавиться от этого несчастного слабоумного, моего милого батюшки!

— Надо сблизиться с королевой и в то же время укрепить наш собственный вес, — предложил успокоившийся Стефано.

— Скрестив оружие с ее врагами? — спросила Карла.

— Почему бы и нет? — отвечал капитан. — Мы могли бы разжечь войну между Галатией и Харкуром, расстаться с нашим пресловутым невмешательством и принять участие в битве против христиан.

Наконец-то. Я знала, что это его слабое место, — армия Бизани. Война. Он только этого и ждет.

— Возможно, это и сблизит нас с королевой, — вмешался судья, — но я не представляю, как это может усилить наше влияние.

— Это напомнит галатийцам, — уверенно заявила Карла Бизаньи, — что наша наемная армия, без сомнения, самая сильная на острове, что бы там ни воображали некоторые.

— Конечно! — воскликнул капитан, не подозревая, что попался в ловушку графской дочки.

— Вы в этом так уверены? — усомнился судья.

— Мой отец за время правления сделал много ошибок, но одно он знал наверняка. Могущество денег. Мощь харкурской армии держится на вере. Бесспорно, это великая сила. Но она ничто по сравнению с жаждой наживы. Вера в золото сильнее веры в Бога.

— Это еще неизвестно, — заметил судья.

— В любом случае. — вмешался капитан Джаметта, — если мы примкнем к королеве, это будет нашим главным козырем. Мои наемники принесут ей победу, это и укрепит наше влияние.

— Совершенно согласна, — поддержала Карла. — Мы должны вынудить ее развязать войну, показать, что без нас бы она не справилась, тогда она оценит нашу силу.

А вся Гаэлия должна узнать, что в Бизани главная я.

— Следует поостеречься, такое решение может повлечь за собой смерти тысяч людей, — сурово заметил судья.

— Скорее такое решение вернет Бизани былую славу, — возразила Карла.

— Нам не удастся убедить в этом графа.