— Ну уж нет, это хорошо придумано! — отозвался Мьолльн.

Алеа поблагодарила его. Она еще не привыкла видеть его в синем костюме барда. Но костюм удивительно шел ему. И гном был такой счастливый.

— А у вас, Архидруид? — спросила Алеа.

— Мы доверяем вашему мнению, Алеа.

— Спасибо. Фарио, вы согласны?

Капитан кивнул:

— Ты оказываешь мне честь, Алеа. Да, я люблю эту страну. И надеюсь, что сумею быть таким же справедливым и рассудительным, какой стала ты.

Все поздравили капитана. За короткое время он сумел завоевать симпатии спутников Алеи. Не характером — он часто бывал довольно суров, — но своей честностью, прямотой и преданностью. Это был действительно хороший человек, и никому не показалось неуместным его назначение главой графства, которое не могло больше оставаться без правителя.

— Хорошо. Значит, вашей обязанностью будет сохранять мир в Сарре, отстроить заново то, что было разрушено в Тарнее, и создать армию, которая не побоится вторжений. Тагор, я надеюсь, ты поможешь в этом. Что же до туатаннов, пусть в Сарре они обретут долгожданный покой. Пусть твой народ наконец найдет землю, где сможет свободно жить!

— Нам будет очень хорошо здесь, — с улыбкой подтвердил Тагор. — Скажу больше, сестренка, многие семьи уже поселились в окрестных деревнях.

— Прекрасно. А теперь поговорим о Гаэлии.

Все взгляды снова обратились к Алее. Разговор подошел к главному. Ибо мирной жизни Сарра сейчас ничто не угрожало, а вот будущее острова становилось все более туманным.

— Я думаю, сомнений больше быть не может, — сказала Алеа. — Харкур и Галатия столкнутся через несколько дней. Генерал Данкрэ, с которым я, как вы знаете, разговаривала, считает, что Ферен Ал'Роэг как можно скорее пошлет свою армию и солдат Темной Земли в Провиденцию. Я разделяю его мнение и думаю, что все присутствующие со мной согласны.

Многие закивали в ответ.

— Да, — загадочно заметил Киаран, — история повторяется.

— Что вы имеете в виду, дядя? — удивилась Кейтлин, которая и сама не всегда понимала Киарана.

— Такая война уже была, — пояснил Великий Друид. — Конечно, прошло уже больше десяти лет, но это не так уж и много. Война с Харкуром.

— Только тогда Галатия напала на Харкур, — поправил Архидруид, — а в этот раз, видно, все будет наоборот.

— Но враги-то все те же. История повторяется. Зато в этот раз историю творишь ты, Алеа. Все это благодаря тебе.

— Не Алеа начинала эту войну! — вспыхнул Эрван.

— Конечно Алеа, — возразил Киаран, — и она не должна упрекать себя в этом, напротив! В этом ее главное предназначение. Ей суждено изменить историю острова, магистраж. Разве вы не видите, что творится?

— Вы говорите о войне?

— Не только. Война — всего лишь следствие всего остального.

— Но что же тогда? — не унимался магистраж.

— Для Гаэлии наступают новые времена! — спокойно и важно провозгласил Киаран.

Все были поражены, кроме Алеи. Словно она заранее знала, что скажет Великий Друид. Так оно и было. Потому что Алеа и Киаран поняли одну и ту же вещь.

— Для Гаэлии наступают новые времена? — состроив гримасу, повторил Мьолльн.

— Да, даже позволю себе сказать, что Гаэлия становится взрослой, — с улыбкой прибавил Великий Друид. — Те, кто творил историю до сих пор, исчезнут или уже исчезли. Мы, друиды — и это уже началось, — станем лишь тенью прошлого. Исчезли правители — Эоган, Амина, Руад, Бизаньи, а скоро придет черед Ал'Роэга и Мерианда Мора… Гаэлия освобождается от отцовской опеки. Карла Бизаньи убила своего отца. Алеа уничтожит Мойру. Все это исчезнет. Не так ли, Алеа?

Девушка закусила губу. Видение Киарана было так похоже на правду. Она бы никогда не отважилась говорить такое своим друзьям, а ведь именно это сейчас и творится. По крайней мере, отчасти. Она медленно кивнула.

— Что значит вся эта чепуха? — воскликнул Эрван, который никак не мог успокоиться.

Магистраж редко выходил из себя. Но он волновался и боялся, как бы Алее не пришлось ввязаться в войну более страшную, чем было до сих пор, эта тревога не давала ему покоя.

— Мы должны отправиться в Провиденцию, — тихо сказала Алеа слушателям, потрясенным речью Киарана.

— Алеа, — горячо заговорил Эрван, — ты хочешь, чтобы мы с друидами одни пошли в Провиденцию, где готовится война десятков тысяч человек?

— Эрван, мы не сможем остановить эту войну. Я хотела бы предотвратить гибель этих солдат, но уже слишком поздно.

— И все это — наступление новых времен? — взъярился Эрван, в гневе от того, что нельзя помешать войне. — Мы позволим умереть нашим братьям ради новых времен?

— Дело не в том, чтобы позволить умереть, а в том, чтобы принять новую жизнь, — ответил Киаран.