О Господи, подумала Сара уже потом, когда все закончилось и они с Мартином лежали в сладостном изнеможении, пусть у меня есть дочь, но я ведь действительно была девственницей.

— Тебе хорошо? — спросил Мартин.

Сара растерянно улыбнулась.

— Очень хорошо.

Они еще долго лежали обнявшись, а потом Сара вдруг всполошилась:

— Мне бы не хотелось, чтобы Эллен ворвалась сюда…

— Да, у нее просто челюсть отвиснет, — тихонько рассмеялся Мартин, гладя Сару по волосам.

— Это еще мягко сказано. С виду она дерзкая и непослушная, но в душе очень ранимая.

— И к тому же подростков обычно смущает мысль о том, что их престарелые родители еще могут заниматься любовью.

Подростки, подростки… Сара нахмурилась.

Где-то в глубине сознания забрезжила мысль, связанная с этим словом. Но Сара никак не могла сосредоточиться.

А когда мысль наконец оформилась, Сара резко села на постели. Ей вдруг стало плохо.

— Линда. А как же Линда? Я же ничего не соображала…

— Расслабься.

— Расслабиться? — испуганно переспросила Сара, не веря своим ушам. — У меня есть принципы. И в частности: никогда не связываться с человеком, у которого кто-то есть.

Вообще-то, если быть до конца честной, все это звучало несколько по-другому: никогда не связываться ни с кем. Но Сара не хотела сейчас не то чтобы говорить об этом, а даже думать.

Потому что у Найджела Херфа была другая женщина. Мало того, жена. И он этак небрежно упомянул об этом, когда уходил от Сары. А случилось это в тот же день, когда она, уступив его домогательствам, легла с ним в постель.

Сара до сих пор не забыла потрясение, которое тогда испытала. Ей было жалко себя. Жену Найджела — такую же безвинную жертву, как и сама Сара. Она ругала Найджела, но больше всего — себя. За то, что связалась с таким мерзавцем. За то, что развесила уши и дала ему себя обмануть.

— Линда мне не жена, — проговорил Мартин.

— Дело не в этом. Она все равно твоя женщина… — Сара умолкла, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы выразить свою мысль.

Мартин приподнялся на локте и внимательно посмотрел на нее.

— Линда не моя женщина. Все не так, как ты думаешь. — Он не защищался, не пытался что-то доказывать.

Сара решительно встала и направилась к шкафу.

— О Боже, — простонал Мартин. — Куда ты рванулась? Иди сюда.

Не обращая на него внимания, Сара начала одеваться. Мартин встал, подошел к ней и едва ли не силой усадил обратно на кровать.

— Сядь и послушай меня!

Она попыталась было встать, но он крепко держал ее за плечи. Наконец Сара поняла, что Мартин все равно сильнее, и перестала вырываться.

Что-то в ней изменилось. Она стала другой. Как в фильме ужасов, когда в тело обычного человека вселяется какое-то потустороннее существо и начинает управлять его мыслями и поступками.

И все из-за Мартина Раффера. Встреча с ним перевернула все с ног на голову. И ее спокойная, размеренная жизнь превратилась в бушующий океан страстей.

— Не хочу ничего слушать, — выдавила Сара.

— Пообещай мне, что не убежишь, если я тебя отпущу?

Сара обреченно кивнула. Куда ей отсюда бежать? Некуда.

Мартин отпустил Сару и оделся. При этом он не сводил с нее настороженного взгляда, как будто боялся, что она не сдержит слова. Потом уселся в кресло рядом с кроватью.

Он не улыбался, лицо его было очень серьезным.

— Как ты думаешь, что у меня с Линдой?

— Но это же очевидно. Вы, может быть, и не женаты. Но сразу видно, что вы — пара. И пожалуйста, пойми меня правильно. За исключением того, что она еще слишком юная, вы очень друг другу подходите… Прямо созданы друг для друга.

— Ты правда так думаешь?

— Да, и…

— Почему?

— Что — почему?

— Почему ты думаешь, что мы созданы друг для друга?

— Сейчас речь не об этом, — с прохладцей проговорила Сара. — Просто я себя ощущаю так, словно на меня что-то нашло. Видишь ли, я не из тех женщин, которые заводят интрижки с чужим мужем… с мужчиной, у которого есть другая женщина. В мире и так столько страдания и огорчений. Наверное, Эллен меня не поймет, если я скажу, что нам надо срочно вернуться в Нью-Йорк, но я все-таки предпочла бы уехать… Хотя нет причин, чтобы нам… даже если… — Сара поняла, что начала заговариваться, и умолкла.