Неделю спустя, в четверг вечером, она вернулась с работы в приподнятом настроении и с целой кипой рекламных брошюр. Майами, Багамы, Тихуана. Она уже представляла себе сказочную неделю где-нибудь на теплом курорте, у моря. Они с Эллен вдвоем — мама и дочка…

Эллен не было дома. Наверное, где-то гуляла с подругами.

Сара сложила брошюры в гостиной и пошла готовить ужин.

Но время шло, дочери все не было, и потихонечку Сара начала волноваться. В половине девятого она обзвонила всех близких подруг Эллен. Но никто из них не знал, где она.

Сара растерялась. Звонить в полицию? А если Эллен сейчас вернется? Она села за стол и обхватила голову руками.

Ей уже представлялись всякие ужасы. Например, Эллен возвращалась домой из школы. Высокая, длинноногая, с роскошными распущенными волосами… Издали — красивая молодая женщина, а никакая не девочка-школьница. И тут ее заприметил какой-нибудь маньяк…

Сара решила зайти в комнату к Эллен и посмотреть, здесь ли школьная форма. Если здесь, значит, Эллен приходила домой. В спальне дочери царил обычный беспорядок. Хотя нет, не обычный. Эллен ненавидела убираться, но одежду никогда не бросала на кресла, а всегда убирала в шкаф. А сейчас шкаф был открыт, школьная форма валялась прямо на кровати и не хватало нескольких юбок, рубашек и джинсов. Сара заметила это сразу.

А потом увидела записку на столе. Но еще до того, как Сара прочитала записку, она поняла, что произошло: Эллен уехала с Брайаном в Канаду.

Я знаю, ты будешь ужасно сердиться. Но такой шанс выпадает раз в жизни, и я не хочу его упускать. Может быть, у меня больше не будет возможности вырваться…

«Вырваться», с горечью повторила про себя Сара. Как будто все эти шестнадцать лет Эллен держали взаперти, на воде и хлебе.

Не задумываясь о том, что делает, Сара бросилась к телефону и набрала номер Мартина Раффера.

— Нам надо увидеться! — с ходу выпалила она, когда Мартин снял трубку. Впрочем, сейчас ей было не до светских условностей.

— Прежде всего, здравствуй, — с нажимом проговорил Мартин.

— Эллен уехала!

— Уехала? Куда? — Теперь его голос стал резким.

— В Канаду. Я только сейчас нашла ее записку.

— Если это Брайан уговорил ее, я его придушу, — очень серьезно и очень сурово проговорил Мартин. — Я, честное слово, ничего не знал. Сейчас я к тебе приеду.

Сара не успела даже возразить: Мартин уже повесил трубку. А она еще долго стояла у телефона, тупо вслушиваясь в короткие гудки. Потом перечитала записку. Эллен писала, что позвонит, как только приедет на место. Зная дочь, можно было предположить, что она прежде дождется, когда по ее подсчетам Сара «перебесится» и успокоится.

Вот я точно ее придушу, подумала Сара. Теперь, когда она знала, что с Эллен ничего не случилось, страх уступил место ярости. Выходка, прямо скажем, вполне в духе ее упрямой, как сто ослов, доченьки. И вряд ли это Брайан подбил ее на поездку. Скорее всего парень пытался ее отговорить. Но Эллен решила ехать. И поехала.

Вот только откуда она взяла деньги? Неужели из страховки, которую Сара оформила едва ли не в день рождения дочери? Но эти деньги предназначались для учебы Эллен в университете!

И тут в дверь позвонили.

— Нет, ты представляешь! — начала она вместо приветствия. — Пусть только мне попадется. Я ей башку отверну, моей доченьке! Я чуть с ума не сошла…

— Могу я войти? — Спокойный голос Мартина подействовал на Сару как холодный душ. Она отступила от двери, освобождая ему дорогу.

— Эллен звонила? — спросил Мартин, когда они сели в гостиной.

— Нет, — угрюмо проговорила Сара.

Она уже жалела о том, что позвонила ему. Несмотря на все переживания из-за Эллен, Сара даже сейчас не могла спокойно смотреть на Мартина. Ее по-прежнему тянуло к нему. И она ничего не могла с собой поделать.

— А вы с ней обсуждали эту поездку?

— Нет… Да… — Сара смутилась. — Ну, так…

— Что значит «ну, так»?

— Ты, может быть, со спокойной душой отправляешь сына за границу. Для тебя это в порядке вещей… Во-первых, Брайан — мальчик, молодой человек. А во-вторых, у нас просто нет денег на такую поездку.

Мартин оставался абсолютно спокойным.

— То есть Эллен тебе говорила, что хочет поехать?

— А я ей сказала, что она никуда не поедет.

— Но вы обсудили такую возможность?

Конечно, они ничего не обсуждали. Просто Сара категорически заявила дочери, что даже слушать ничего не будет. Она так поступала всегда, когда Эллен была маленькой и требовала чего-то такого, что, с точки зрения Сары, было просто немыслимым. И только недавно она начала понимать, что подобный диктат, может, и оправдывал себя в прошлом, но теперь уже несколько неуместен. Сара вдруг почувствовала себя виноватой перед дочерью. В конце концов, она могла хотя бы выслушать Эллен.

Похоже, Мартин все понял.