Гиан с любопытством уставился на Кристофера и Ауру.

— Почему папа был с дедушкой, когда он умирал?

— Он хотел ему помочь, — быстро нашлась Аура.

Но мальчик не успокаивался.

— Я теперь тоже должен умереть, раз я услышал эти слова?

— Боже мой, ну, конечно же, нет! — Наверное, ей следовало бы вскочить и обнять его, но потрясение будто приковало её к месту. — Это был сон, мое сокровище, всего лишь сон.

Тогда Тесс подняла голову от своей чашки. Рот её был измазан шоколадом.

— А мне снилось то же самое.

— Это правда? — спросил Кристофер с сомнением в голосе.

— Мне, правда, приснилось, — настаивала она с детским упрямством. — Но только это был Гиан, это он говорил, а не я. — Она попыталась изобразить голос Гиана и захихикала при этом. — У сеятеля новое колесо.

Когда малышка повторила эти слова, Аура внезапно побледнела.

— Что случилось? — тревожно спросил Кристофер.

— Я думаю… — начала она, но не закончила предложение. Вместо этого она вскочила со своего места и направилась к двери. — Пошли!

Гиан и Тесс тоже вскочили со своих стульев, но выходя, Кристофер крикнул им:

— Оставайтесь здесь, мы сейчас придем.

Аура слышала недовольное ворчание детей, но в этот миг она могла думать только об одном: словах «сеятель» и «колесо».

— Расскажи мне, что случилось? — недовольно спросил Кристофер, когда догнал её в коридоре.

— Наверху, — коротко ответила она, — в библиотеке отца.

Они устремились вверх по лестнице на второй этаж, затем вдоль по коридору к узкой лесенке, которая оканчивалась перед дверью с пеликаньим рельефом.

Кристофер был явно озадачен, но у Ауры в этот момент были совсем другие мысли. Если ее предположения верны, тогда что все это означает?

Она открыла дверь. На них повеяло теплым, влажным воздухом.

— Здесь мало что изменилось, — сказал Кристофер, оглядывая лабораторию. Здесь действительно мало что изменилось, только некоторые тропические растения в саду стали выше.

— Отцу потребовались десятилетия, чтобы все здесь устроить так, как он считал нужным, — сказала Аура. — Поэтому мне незачем было что-то менять.

Она пошла вперед к крошечной двери, которая вела в библиотеку Нестора.

— Подожди! — неуверенно крикнул Кристофер. — Раньше здесь был какой-то шлем, такая штука из стекла. — Он показал руками, пытаясь объяснить, что ищет.

Аура подошла к одному из шкафов, порылась на полке и, наконец, вытащила оттуда стеклянный шлем. — Ты имеешь в виду вот это?

Кристофер кивнул. Он чувствовал себя очень неловко, натягивая на голову прозрачный цилиндр и зашнуровывая на шее кожаный шнур. Его голос звучал глухо. — У меня наверное дурацкий вид. Как подумаю, что раньше каждый день ходил в этом в библиотеку…

Аура нетерпеливо повернулась.

— Ты идешь?

Не дожидаясь ответа, она подошла к библиотеке, открыла дверь и, чуть пригнувшись, скользнула внутрь. Кристофер последовал за ней. Она прошла мимо длинных рядов с книгами и остановилась у одного из двух окон.

— Что? — спросил он. Затем он проследил за её взглядом.

Мозаика на окнах изображала буквы, а не сцены или символы, как на других окнах в замке. Кристофер заметил это еще тогда, но не придал этому значения. Из разноцветных осколков стекла были выложены пять рядов, в каждом из которых было по пять букв.

— Это анаграмматический квадрат, — объяснила Аура. — С какой бы стороны ты его не читал, сверху или снизу, по горизонтали или по вертикали, слова не меняются.

За годы, проведенные в тюрьме, Кристофер не видел ни одного латинского слова. Он взмок, пытаясь перевести надпись, — стекло его шлема начало запотевать.

Аура, улыбнувшись, пришла ему на помощь:

— Сеятель Арепо с трудом держит колеса.

Он уставился на неё, широко раскрыв глаза.

— Думаешь, речь шла об этом сеятеле?

Аура убежденно кивнула.

— О нем. О том, кто сеет зерна. — Она выступила вперед и провела кончиками пальцев по стеклянным буквам. — Много лет назад я искала значение этой фразы в одной из отцовских книг. У этого предложения есть название: формула сатора. В прошлом она много раз всплывала в различных местах. В первый раз, как мне кажется, она встретилась на монете древней Помпеи. Как бы там ни было, анаграмматические квадраты не являются чем-то особенным. Их находили на множестве построек и предметов: на латинской библии девятого столетия, на манускрипте «Фауста» в архивах династии Кобургов, даже на австрийских монетах шестнадцатого столетия. Они есть в церквях в Сантьяго-де-Компостела и Рошморе, в Кремоне в Италии и на замке Жарнак во Франции. — Она подошла к соседнему щипцу и указала на второе окно библиотеки. — Вот еще один квадрат, но только уже без сеятеля и без колес.