— Что это значит?

— Что я виноват, — сказал Лисандр, — даже очень виноват, но не в том, в чем ты меня обвиняешь. Голос, который ты тогда слышала в Вене, человек, который отдал Джиллиану приказ и письмо от моего имени — это Моргант. И он также был тем, по чьему приказу происходили все эти убийства.

— И я должна в это поверить? — спусковой крючок притягивал пальцы Ауры, как магнит. То, что Лисандр пытался свалить всю вину на другого, только усилило её презрение к нему.

— Ты должна поверить ему, — умоляла Сильветта; она пыталась пробить тот барьер, который возвела вокруг себя Аура. — То, что он говорит, правда.

— Он лгал тебе, — настаивала Аура. — Я не знаю, что он с тобой сделал, но ты, очевидно, больше не можешь видеть вещи такими, какие они есть. — Затем ей пришла в голову одна мысль. — Это из-за Тесс? Ты поэтому на его стороне?

— Как она? — обеспокоено спросила Сильветта.

— В любом случае, лучше, чем мы с тобой.

Лисандр подошел еще на шаг ближе. Конец его палки звонко стучал о каменный пол. Тени на лице переместились, стали длиннее, темнее.

— Тесс действительно моя дочь, — серьезно сказал он, — и я люблю её так же, как и Сильветту. То, что произошло, произошло не по моей воле. Это был…

— Моргант, кто же еще, — саркастично заметила Аура.

— Я понимаю твой гнев, Аура, — почти умоляющим тоном произнес старик, — но, поверь мне, он направлен не на того.

— Ложь не станет правдивее, если её повторить сотни раз.

Выражение лица Сильветты должно было предупредить Ауру, но она поняла это слишком поздно. Внезапно её сестра размахнулась и со всей силы кинула свечу ей в лицо. Она попала Ауре под левый глаз, облила ее горячим воском. Девушка вскрикнула, пошатнулась и нажала на курок.

Пустой щелчок. Никакой вспышки. Никакой пули.

Все трое уставились на оружие. Никто не произнес ни слова. Аура прижала руку к ушибленному глазу, но в действительности почти не почувствовала боли. Она выстрелила еще раз, на этот раз в отверстие в полу. Ничего — только металлический щелчок.

Сваны продали ей пустые патроны. Все было спланировано с самого начала. Де Дион должен был знать об этом. Только поэтому он позволил ей оставить оружие.

С проклятиями Аура швырнула револьвер вниз. Быстро, без единого звука он исчез в темной пропасти. Затем посмотрела на Сильветту, грустно, разочарованно, но не произнесла ни слова упрека.

Сильветта постаралась выдержать взгляд сестры, но это не вполне ей удалось.

— Он мой отец, — глухо сказала она, — и он заслужил, чтобы ты выслушала его.

Аура резко выдохнула, закрыв на секунду глаза и не видя несколько секунд ничего, кроме пестрой сумятицы подергивающихся красок. Затем снова посмотрела на Лисандра. Все трое стояли теперь вокруг отверстия, не дальше, чем в шаге от манящей глубины.

— Хорошо, — тихо сказала Аура, — я слушаю.

Пуст ли был чердак на самом деле, нельзя было сказать с полной уверенностью. По крайней мере, создавалось такое впечатление.

— Здесь никого нет, — сказал Джакомо, но то, что он произнес эти слова шепотом, показывало, что он не верит своим словам. Ему было шестьдесят, но сейчас он выглядел лет на десять старше.

Джиллиан скользнул взглядом по тропическим зарослям. Может быть, кто-то скрывался за ними. По крайней мере, в лаборатории никого не было. Дверь в библиотеку Нестора была открыта, а там ведь тоже есть, где спрятаться. Но после всего, что он слышал о Морганте, он не считал его тем человеком, который скрывался бы от своих противников по темным углам. Так где же алхимик, и что, черт побери, он задумал?

— Может нам разделиться и… — начал Джакомо, но Джиллиан прервал его на полуслове, резко покачав головой.

— Мы останемся вместе, — решил он. Поскольку в библиотеке не было второго выхода, они решили вначале исследовать заросли, но это оказалось намного сложнее, чем они предполагали. Даже грядку в центре сада, поросшую высокими сорняками, пришлось проверять шаг за шагом. Теперь уже невозможно было понять, что здесь когда-то было посажено или посеяно, все забила дикая трава, крапива и одуванчик.

Когда они убедились, что Моргант не прячется где-либо в зарослях, то принялись обыскивать библиотеку. Но и среди старых пыльных полок не обнаружили ни души. Некоторые книги были небрежно брошены на пол: они лежали там, как мертвые птицы с распростертыми крыльями.