Шрифт:
– А почему она не ушла вместе с тобой?
– Потому что кто-то должен был закрыть люк, – Настя побледнела.
– Какой люк?
– Из погреба в лес вел подземный ход.
Егор присвистнул.
– Я не вру! Там под бочкой с квашеной капустой был люк в земле, через него я попала в подземный ход.
– Да ты что?! Прямо в подземный ход?! – он саркастически усмехнулся. – И что дальше?
– Шла, шла по нему и вышла посреди леса. Не веришь?
– А ты бы в такое поверила?
– Я могу показать ход.
– Ну конечно! Сейчас все брошу и поеду за сотни километров смотреть на вход в подземелье! Ладно, дальше рассказывай.
– А дальше ты сам все знаешь. Через три дня я набрела на ваш лагерь.
– И представилась беглой коммунаркой, – напомнил Егор.
– Это не я представилась, это Макар Петрович меня так назвал, – она упрямо вздернула подбородок.
– Так что ж ты его не поправила?
– Матушка Василиса велела людей сторониться. Я же тех, кто напал на скит, не видела, вот и решила подстраховаться.
– Ну, допустим, – Егор задумчиво потер подбородок. – То есть ты знать ничего не знала, ведать ничего не ведала? Богомолица и праведница.
Она ничего не ответила, отвернулась к окну.
– В таком случае как ты объяснишь, что те отморозки за тобой охотились?
– Они охотились не за мной, а за картами.
– За тем талмудом, с которым ты даже спала в обнимку?
– Да.
– Ой, как интересно! Преступники с топографическими наклонностями охотятся за какой-то макулатурой. Кстати, где папочка-то? Очень любопытно посмотреть.
– Я ее отдала.
– Кому?
– Старосте.
– Так значит, до старосты ты все-таки дошла? А нам почему-то соврала, что дом его не нашла.
– Он сказал, что меня подозревают в пособничестве преступникам и разыскивают. Сказал, что мне нужно поскорее уехать, и дал денег.
– Много? – поинтересовался Егор.
– Много, больше шести тысяч долларов. Сказал, что деньги ему не нужны, а сборник очень дорог.
– Дальше что?
– Все. На следующий день я уехала.
– А вот и не все! – Егора снова захлестнула волна ярости. – Ты уехала, а мы нашли труп старосты. И еще очень долго отбивались от ментов и пытались убедить их в своей невиновности и в том, что о твоем темном прошлом мы знать ничего не знали.
– Я не могла остаться. – Девчонка попыталась встать.
– Сидеть! – Егор толкнул ее обратно в кресло. – Менты не зря на тебя ополчились. О каких еще страницах своей богатой биографии ты забыла нам рассказать?
– О чем ты? – Она вжалась в кресло.
– Я о твоей судимости, дорогуша. За что срок мотала?
– Не твое дело!
– А и то правда, – Егор спрыгнул со стола, – плевать я хотел на твою биографию. В милиции сама все расскажешь как миленькая.
– Подожди! – Она поймала его за рукав. – Не надо милиции, я расскажу…
Это «я расскажу» прозвучало так обреченно, что Егору вдруг стало ее жалко и захотелось поверить во все предыдущие байки про подземный ход и вынужденный побег.
– У тебя ровно пять минут, – он посмотрел на часы.
– Мне хватит и минуты, – Настасья поежилась. – Я сбила человека.
– Насмерть?
– Нет! Ты что?! Перелом ноги и легкое сотрясение.
– И сколько дали?
– Четыре года колонии общего режима.
– Четыре года?! – он не верил своим ушам. – За сломанную ногу?
– Это была нога сына начальника областной ГИБДД, – она невесело усмехнулась.
– И ты отсидела четыре года?
– От звонка до звонка. У меня есть соответствующие документы.
В кабинете повисло неловкое молчание. Девчонка смотрела в окно и о чем-то думала, наверное, вспоминала былое. Егор тоже думал, решал, что с ней делать. Конечно, разумнее всего было бы сдать эту проходимку в милицию, чтобы там уже сами разбирались. А с другой стороны, вполне вероятно, что «разобраться» могут, как в прошлый раз. Сделают крайней – и все дела. Бывшая зэчка была в эпицентре событий: и в скиту, и в доме покойного старосты. Что еще надо для успешного закрытия дела? Решение родилось внезапно. Сначала он попробует сам со всем разобраться, а потом уже решит, что делать дальше.
– Собирайся!
– Куда? – спросила она испуганно.
– Поедешь со мной.
– Никуда я не поеду.
– Или со мной, или в милицию, – сказал он с нажимом.
– Надолго?
– На пару дней.
– На пару дней я не могу, у меня работа.
– Отпросись, скажи, что заболела. Придумай что-нибудь.
Настасья достала из сумочки мобильный, набрала номер. Егор помимо воли прислушался.
– Саша? – она бросила на него быстрый взгляд, отвернулась к окну. – Да, это я. Саш, мне нужно два дня выходных. Да, заболела. Голова кружится и что-то с давлением. Нет, за два дня, думаю, поправлюсь. Спасибо, Юльке привет.