– Да, такой человек есть. Это я.

– Ты? – непонимающе переспросила Алекса.

Иган снова улыбнулся:

– «Бауэр и Кейтс». По-моему, звучит неплохо, а по-твоему?

Алекса широко раскрыла глаза.

– Ты хочешь сказать, что мы вдвоем создадим новую фирму?

– Вот именно. Зачем работать на чужого дядю? Сами себе хозяева, сами распределяем прибыли. Именно так и начинали некоторые ныне знаменитые компании. Какие у тебя возражения?

– Теоретически – никаких, но… Если честно, это не совсем то, чего бы мне хотелось. Нам придется самим искать клиентов…

– Набрать клиентов – моя забота, а твое дело – поразить их своими великолепными проектами. На самом деле многие клиенты предпочитают иметь дело как раз с небольшой фирмой, где им обеспечат индивидуальный подход и максимум внимания.

Иган говорил очень убедительно, и Алекса поняла: эта идея – вовсе не экспромт, он давно ее вынашивал и успел многое продумать.

– Для начала нам не требуются крупные капиталовложения, нужны только офис с мебелью да канцтовары. Что касается клиентов, то один, и довольно солидный, уже ждет своего часа.

Как оказалось, речь шла о химической компании, пожелавшей построить при заводе новый административный комплекс. Здания должны быть выстроены вдоль береговой линии Гудзона. Для начинающей архитектурной фирмы такой заказ был прекрасной возможностью заявить о себе. На подходе был и другой вероятный заказ – на строительство исследовательского центра и лаборатории в Калифорнии общей стоимостью в миллионы долларов.

Ведя светский образ жизни, Иган часто встречался с влиятельными людьми и имел возможность прозондировать почву.

– Признаюсь, Алекса, я хотел подстраховаться на случай, если мы потерпим неудачу с проектом «Нью уорлд инвесторс». Один шанс из пяти – не слишком благоприятный расклад, на мой взгляд. Да и насчет Карла я давно не питаю иллюзий. Босс хочет иметь в своей команде только победителей и давно имеет на нас зуб, потому что мы работали еще с его отцом. Он бы предпочел посадить своих людей, которые не помнят времен, когда его называли «младшим».

В словах Игана была доля правды – например, он верно подметил насчет победителей. Однако Алекса не забыла, что до неудачи с первым проектом она не была у Карла в опале. Однако Бауэр говорит о том, как обстоят дела сейчас. Иган сел и набросил на колени простыню. – Думаю, дорогая, в нынешней ситуации нам лучше всего красиво уйти. Кстати, на прошлой неделе я беседовал с Карлом по совершенно другому вопросу, но понял, что он все еще злится из-за сорванной презентации. Может, мне не следовало тебе этого говорить, но босс сказал буквально следующее: «Вот вам и ответ на вопрос, почему лишь немногие из женщин-архитекторов добираются до вершины».

Алекса снова вскочила с кровати и сбежала в ванную, на этот раз прихватив с собой одежду. Ей было больно, но в какой-то степени она даже радовалась, что Иган передал ей слова Карла. В конце концов, нужно когда-то избавиться от иллюзий и посмотреть правде в глаза.

Может, идея Бауэра сработает. Его знакомства и внешний лоск очень помогут делу, а ее проекты должны довершить остальное, разве она не справится? В конце концов, они давно работают вместе и прекрасно ладят. Если она расстанется с Филиппом, то придется думать о деньгах, а будучи партнером в фирме, состоящей из двух человек, можно очень неплохо зарабатывать.

Алекса вышла из ванной, Иган уже оделся. – Я провожу тебя до машины, – прошептал он, привлекая ее к себе и целуя.

Алекса ответила на поцелуй, тронутая его нежностью и заботой.

Пока они ждали такси, Иган снова заговорил о деле: – Мне очень нравится мысль о нашем партнерстве. Мы с тобой похожи, у нас одни и те же интересы – например, творческая работа. Мы одинаково ценим красоту, изящество, пропорциональность… Вспомни, как чудесно мы провели время в Вашингтоне. Это может повториться и в Нью-Йорке, и где угодно. Мы с тобой прекрасно дополняем друг друга. Для самовыражения нам обоим не нужны дети или домашние животные, у нас есть архитектура. Ну, что скажешь?

– Мне нужно подумать, – сказала Алекса, садясь в машину.

– Благодарю, вы очень любезны. – Филипп улыбнулся плотному здоровяку с сигарой, только что похвалившему его передачу.

Затем, извинившись, отошел от мужчины и попытался найти тихое местечко подальше от толпы, собравшейся возле эстрады в Центральном парке.

Он чувствовал себя скованно – как всегда, когда обстоятельства вынуждали его надевать смокинг, – и уже жалел, что согласился сопровождать Гейл на этот благотворительный обед. Конечно, собрать средства на ремонт эстрады и проведение на ней разных культурных мероприятий – дело хорошее, но лично он предпочел бы просто подписать чек и остаться дома.

Филипп терпеть не мог шумные сборища, особенно такие, где его узнавали и начинали приставать. Забавно, что незнакомые люди, увидев его в ресторане, и помыслить не могли запросто подойти. А здесь ничтоже сумняшеся проталкивались к нему через толпу и заговаривали, как со старым приятелем. Видимо, гости воспринимали это как часть развлечения, за которое, собственно, и платили деньги. Некоторые даже обращались к нему по имени. Впрочем, в жизни приходится выбирать: или быть знаменитым, или никому не известной личностью, и он свой выбор давно сделал.