И, по здешнему счастью специалист,

Лучше ангелов я разбирался в нем.

А какой это был, я не помню, год,

И кого я в разлуке хотел забыть?

Назывался ли как-нибудь пароход,

<Композитором Скрябиным>, может быть?

И на палубе, верно, была скамья,

И попутчики были, - не помню их,

Только путь этот странный от соловья

К соловью, и сверканье зарниц ночных!

2001

***

Подсела в вагоне. "Вы Кушнер?" - "Он самый".

"Мы с вами учились в одном институте".

Что общее я с пожилой этой дамой

Имею? (Как страшно меняются люди

Согласно с какой-то печальной программой,

Рассчитанной на проявленье их сути.)

Природная живость с ошибкой в расчете

На завоеванье сердец и удачи,

И господи, сколько же школьной работе

Сил отдано женских и грядкам на даче!

"Я Аня Чуднова, теперь узнаете?"

"Конечно, Чуднова, а как же иначе!"

"Я сразу узнала вас. Вы-то, мужчины,

Меняетесь меньше, чем женщины" - "Разве?"

(Мне грустно. Я как-то не вижу причины

Для радости - в старости, скуке и язве.)

"А помните мостик? Ну, мостик! Ну, львиный!"

(Не помню, как будто я точно в маразме.)

"Не помните... Я бы вам все разрешила,

Да вы не решились. Такая минута..."

И что-то прелестное в ней проступило,

И даже повеяло чем-то оттуда...

В Антропшине вышла... О, что это было?

Какое тоскливое, жалкое чудо!

2000

***

В декабре я приехал проведать дачу.

Никого. Тишина. Потоптался в доме.

Наши тени застал я с тоской в придачу

На диване, в какой-то глухой истоме.

Я сейчас заплачу.

Словно вечность в нездешнем нашел альбоме.

Эти двое избегли сентябрьской склоки

И октябрьской обиды, ноябрьской драмы;

Отменяются подлости и наскоки,

Господа веселеют, добреют дамы,

И дождя потоки

Не с таким озлоблением лижут рамы.

Дверь тихонько прикрыл, а входную запер

И спустился во двор, пламеневший ало:

Это зимний закат в дождевом накрапе

Обреченно стоял во дворе, устало.

Сел за столик дощатый в суконной шляпе,

Шляпу снял - и ворона меня узнала.

2000

***

Иисус к рыбакам Галилеи,

А не к римлянам, скажем, пришел

Во дворцы их, сады и аллеи:

Нищим духом видней ореол,

Да еще при полуденном свете,

И провинция ближе столиц

К небесам: только лодки да сети,

Да мельканье порывистых птиц.

А с другой стороны, неужели

Ни Овидий Его, ни Катулл

Не заметили б, не разглядели,

Если б Он к ним навстречу шагнул?

Не заметили б, не разглядели,

Не пошли, спотыкаясь, за Ним, -

Слишком громко им, может быть, пели

Музы, слава мешала, как дым.

2002

СОВРЕМЕННИКИ

Никому не уйти никуда от слепого рока.

Не дано докричаться с земли до ночных светил!

Все равно, интересно понять, что <Двенадцать> Блока

Подсознательно помнят Чуковского <Крокодил>.

Как он там, в дневнике, записал: <Я сегодня гений>?

А сейчас приведу ряд примеров и совпадений.

Гуляет ветер. Порхает снег.

Идут двенадцать человек.

Через болота и пески

Идут звериные полки.

И счастлив Ваня, что пред ним