Я зевнул и протер заспанные глаза.

— Все, мистер Боддеккер?

— Ты уверен? Такое ощущение, будто что-то не так.

— Самое последнее обновление информации.

— Ну ладно. — Я потянулся и снова зевнул. — Тогда дайка взглянуть на сценарий «Слив Джалука». Он не из трудных.

— Будет исполнено, мистер Боддеккер.

Я потер руки — и тут обнаружил, что часов на запястье нет. Я поднялся, в глубине души ожидая, что они соскользнут у меня с колен — как-то браслет уже расстегивался, и они упали как раз на колени, — но их там не оказалось. И тут я вспомнил, как стащил их, липкие от шампанского, вчера вечером и промыл над раковиной в ванной комнате. Там-то они и висели до сих пор, сушась на подставке для зубной щетки.

— Прошу прощения, мистер Боддеккер…

— Ну что еще? Очередная встреча?

— Да, сэр. Мисс Дансигер потребовала организовать встречу творческой группы.

Хотя бы не «старики» — уже хорошо.

— Ладно. Тогда выведи сценарий на экран к моему возвращению.

Зрелище, представшее предо мной, когда я вошел в нашу комнату для совещаний, даже пугало. Больше всего было похоже на одну из дансигеровских засад. Но это чувство быстро прошло, едва я осознал, какой пустой казалась комната — лишь Дансигер, Гризволд, Харбисон и Мортонсен. Невольно замедлив шаг, я подошел к своему креслу.

— А где Сильвестр?

— Скорее всего за решеткой, — ответила Харбисон. — После того, как треснула Шнобеля.

— Наверняка она звонила. Я забыл часы дома. — Я сел и поглядел на Дансигер. Сегодня она была совсем не похожа на себя, какой я знал ее раньше — на Дансигер, способную одним глотком выпить из человека всю кровь. Сегодня она была Дансигер, которая называла меня Тигром, с хмурой и невеселой улыбкой на лице.

— Твоя встреча, — напомнил я.

— Мы хотели знать, все ли с тобой в порядке, — произнесла она.

Я похлопал себя по груди.

— Вроде было в порядке, когда последний раз проверял.

— Психически, — уточнила Мортонсен.

— Насколько я помню, на психотропы еще не подсел.

— Вся эта околодьявольская суета, должно быть, сильно тебя утомляет, — присоединилась Харбисон.

А невозмутимый Гризволд заметил:

— Мы подумали, вдруг у тебя начинается нервный срыв. Я засмеялся и поднялся с кресла.

— Да ладно вам, ребята! В конце-то концов вечеринка у Фермана прошла не так уж и скверно, правда?

— Мы все ушли довольно рано, — ответила Харбисон.

— Но нас волнует совсем не это, — перебила Дансигер. Все дружно, точно специально репетировали, раскрыли свои ноутбуки. — Мы говорим о твоем последнем сценарии.

— Что? О ролике «Будь счастлив» для «Транс-Майнд»?

— О ролике для «С-П-Б», — сказал Гризволд.

— ЧТО?

— Боддеккер, ты заставил Дьяволов разгромить одну из ведущих музыкальных групп Пембрук-Холла, можно сказать, его краеугольный камень, — произнесла Дансигер.

— Где вы раздобыли сценарий? — потребовал я.

— Сегодня утром он поступил на канал сценариев, ждущих одобрения, — сообщила Мортонсен. — Мы полагали, ты хочешь узнать наше мнение.

— Так вот оно, — сказал Харбисон.

— Мы считаем, тебе требуется помощь, — закончила Дансигер.

— Мой феррет! — возопил я.

— Твоему феррету и полагалось отправить сценарий в ту базу, — согласился Гризволд.

— Но он вовсе не предназначался для потребителя! — закричал я. — Поверьте! Я просто спекся, пытался вроде как выпустить пар. — Я обвел их взглядом. Кажется, никто не купился. — Ну ладно. Это было нечто вроде воплощения желаний; я вовсе не собирался предавать его гласности. Я велел феррету стереть его. Наверное, чертова железяка перепутала команду.

— Суть в том, — возразила Дансигер, — что ты вообще доверил это компьютеру…

— Ну ладно, ладно. — Я вытянул руки умиротворяющим жестом и снова сел. — Позже буду говорить с вами об этом, сколько захотите. Посчитаете нужным — хоть в «Транс-Майнд» схожу и переделаюсь. Но первое и главное, что мне надо — это приказать феррету отозвать сценарий, пока «старики» не увидели…

Раздался негромкий стук. Дверь медленно приотворилась, и в нее просунулась голова Хонникер из Расчетного отдела.

— У нас тут рабочая встреча, — сказал я.

— Замечательно, — отозвалась она. — Тут как раз одному человеку очень надо поговорить со всей группой сразу.

И без малейшей улыбки и помпы впустила в комнату какого-то мужчину в строгом деловом костюме. А сама удалилась, тихонько прикрыв за собой дверь.

— В чем дело? — осведомилась Харбисон.

— Вы — творческая группа под руководством Боддеккера, агентство «Пембрук, Холл, Пэнгборн, Левин и Харрис»? — важно вопросил мужчина.