Боб поднялся из-за стола и Тони обнял его за плечи. Тони бросил рядом с тарелкой пару сотенных банкнот.

— Береги себя.

Боб стоя наблюдал, как Тони проходит через весь ресторан и растворяется в теплых вечерних сумерках города. Он знал, что видит Тони в последний раз. Боб направился к телефону-автомату.

— Скажите мистеру Палермо, что он прав. Тони работает на федералов… Ушел всего минуту назад… Начинает работать в программе в пятницу в десять утра… Я слышал разговор по телефону. Встреча назначена в аэропорту Майами, VIP-сектор.

Тихим южным утром четверо приятелей средних лет в пиджаках выпускников Мичиганского университета прогуливались по Коллинз-авеню. Все четверо мало походили друг на друга: один высокий, другой — коротышка, третий выделялся тощей фигурой, а четвертый сверкал лысиной. Они добрались до Четырнадцатой улицы и свернули налево. Прошли еще полквартала и свернули в переулок. Остановились и огляделись по сторонам. Грязно.

— Ты уверен, что мы не ошиблись? Высокий кивнул.

— Что-то непохоже, — сказал лысый. — Зачем назначать встречу в такой дыре?

— Думаю, намереваются произвести впечатление.

— А что за парни? Где ты их нашел?

— Через Интернет.

— Ну-у, отлично!

— Нет, правда. У них потрясающий веб-сайт.

— Сайт может соорудить кто угодно.

Лысый наблюдал за жирным тараканом, карабкающимся по стене, заклеенной объявлениями о сексе по телефону.

— Давайте-ка валить отсюда. Что-то мне не по себе. Худой подпрыгнул.

— Что это было?

— Не понял.

— Какой-то звук.

— У тебя воображение разыгралось.

— Вот, снова. Шум идет из мусорного бака.

— Я тоже слышал.

Они осторожно сделали несколько шагов вперед и заглянули за край контейнера.

Мусор взорвался, из него выскочил грязный старик. Выпускники отскочили.

— Я пришел первым! — прошамкал бомж, выбираясь из контейнера. Он громко ударил ладонью по стальной стенке бака. — Здесь все мое.

— Все твое, — подтвердил лысый.

Бомж раскрыл ладонь, в которой обнаружилась обертка от гамбургера из ресторана быстрого питания.

— Удачный денек. Почти целехонек! — Он с удовольствием засунул объедки в рот.

— Тьфу! Какая гадость!

— О, простите меня, — отреагировал бомж. — Вы расстроились? Очень жаль. Мне как-то не пришло в голову предложить вам угощение.

— Я не это имел в виду.

— Я знаю, что вы имели в виду. Дайте доллар.

— Не давай, — сказал худой. — Не нужно потакать пагубным привычкам.

— Эй ты, изнеженный хрен собачий, дай мне один долбаный доллар! Я не собираюсь покупать пойло. Я хочу эспрессо, — заявил бомж и показал на кубинскую закусочную на другой стороне улицы.

— В этом случае, думаю, все будет нормально, — нерешительно промямлил лысый и медленно вынул банкноту из бумажника.

Бомж молниеносно выхватил «Джорджа Вашингтона» у него из рук.

— Не устраивайте мелодраму. Это всего-то один доллар, — оглядевшись вокруг, сказал бомж и перебежал дорогу в сторону закусочной.

— По крайней мере мы избавились от него.

— А ты уверен, что встреча назначена именно здесь? Время идет.

— Потерпи немного, мы ведь пришли раньше.

— Еще десять минут, и все будет в порядке.

Бомж рысью просеменил с противоположной стороны улицы, вытирая рот рукавом.

— Меня дожидаетесь?

— Мы ждем другого человека.

— Выдумаете, я простой бомж, правда? Вижу по глазам. Но когда-то я был важной персоной. Вы оглянитесь, посмотрите на всех этих уличных бродяг — каждый из них был кем-то. И у меня еще все впереди.

Бомж вытащил из заднего кармана потертый бумажник.

— Проверьте-ка! — Он продемонстрировал розовый с белым лотерейный билет в прозрачном полиэтиленовом футлярчике от удостоверения личности. — Я стану богатым в воскресенье утром. Это моя неделя, я чувствую!

— Если бы ты не истратил доллар на билет, то сам мог бы купить себе эспрессо.

— Что вы привязались к несчастному доллару, мать вашу? Я должен землю целовать за эти деньги, что ли? Господь стольким наградил вас, а вы так поглощены собственными персонами и так неблагодарны. Как не стыдно!