— Возможно. Но не колдовство заставило меня подбросить тебе мысль о канализации, Хелл. Ты помнишь, ведь это было мое предположение, высказанное прошлым вечером в коридоре? Я прекрасно знала, что ты подскажешь эту идею Харриерам.

В мозгу его был полный сумбур.

— Но почему… почему?..

— О, — воскликнула она нетерпеливо, — меня развлекло видеть, как ты дважды стал предателем, Хелл Тарвиш.

Принцесса подошла к нему ближе. Ее изумительные глаза были ласковыми, словно у ангела, сладостный изгиб губ в тени нежной улыбки.

— Бедный, сильный, слабый Хелл Тарвиш, — вздохнула она. — Сейчас тебе следует преподать урок о недостатках слабости. Я — не Хоакин, который сражается милосердно, поставив излучатели на треть мощности. Когда я иду в битву, мой луч бьет в полную силу. Пахнет горелым мясом, и сердца врагов останавливаются. Смерть маячит за моей спиной.

Хелл почти не слушал ее. Его разум лихорадочно искал решение. Харриеры направлялись в ловушку, но они не могли все забраться в туннель. Если он сможет предупредить их… Его глаза скользнули к колоколу в коридоре, висящему рядом с охранником. Веревка от него привязана к бронзовому колоколу на колокольне. Им можно было созвать местный совет, вызвать помощь или предупредить о пожаре. Смерть ждет его, без сомнения, если он осмелиться зазвонить в него, но это будет честная цена во искупление.

Огромная рука Хелла внезапно рванулась вперед, сбив Принцессу с ног и прижав ее божественную фигуру к стене. Он услышал ее слабый вскрик от боли, когда дыхание оставило Марго и она медленно опустилась на колени. Хелл уже оказался возле изумленного стражника и перебросил его через перила лестницы, и тот рухнул с сильным шумом внизу. И Хелл дернул за веревку и мощный голос из бронзы звучал снова и снова.

Но Черная Марго вскочила на ноги, в ее глазах светились зеленые адские лучи, ее лицо было искажено прекрасной маской ярости. По лестнице бежали мужчины с оружием в руках. Хелл еще раз дернул за веревку и обернулся, чтобы взглянуть в глаза смерти. Полудюжина излучателей было направлено на него.

— Нет… нет! — выдохнула Принцесса, пытаясь восстановить дыхание, которое он вышиб из нее. — Оставьте его — для меня! Схватите его! В сарай!

Она помчалась вниз по лестнице, только мелькали грациозные голые ноги и слышалось тихое шлепанье босых ступней. Шесть мрачных воинов Империи провели Хелла рядом с изумленным стражником, сидящим у нижних ступенек лестницы и вывели в ночь, где сверкали голубые лучи и были слышны выстрелы и стоны.

За сараем было довольно тихо, когда стражники привели туда Хелла. Сомкнутая масса темных фигур клубилась возле входа в древний туннель. Одетые в коричневое каре имперские егеря окружали вход. Несколько тел валялось в грязи. Хелл слабо улыбнулся, когда увидел, что некоторые из них были воинами Империи. Затем его глаза остановились на Принцессе, которая беседовала с темноволосым офицером.

— Сколько, Лебо?

— Сто сорок или сто пятьдесят, Ваше Высочество.

— Меньше половины! Почему вы не последовали за ними в туннель?

— Ваше Высочество, один из них подбил опору. Крыша обвалилась и блокировала нас. Сейчас мы начали копать.

— Пусть там и будут похоронены. Где кончается туннель?

Она обернулась к Хеллу.

— Хелл, где кончается туннель?

Он молчал, Марго усмехнулась.

— Не важно. Пока они проберутся сквозь него, мы доберемся до другого входа.

Принцесса снова повернулась.

— Лебо! Сожги всех, кого удалось захватить, а с остальными мы расправимся потом.

Шорох послышался в толпе собравшихся вокруг сельчан. Глаза Марго, серебристо-зеленые в лунном свете сверкнули.

— И всех симпатизирующих им, — добавила она холодно. — За исключением этого человека, Хелла Тарвиша.

Мощный голос Файла Ормсона раздался из толпы пленников.

— Хелл! Хелл! Это ты придумал ловушку?

Хелл не пытался ответить, ответила сама Черная Марго.

— Нет, — выдохнула она, — он зазвонил в колокол.

— Тогда почему ты прощаешь его?

Ее глаза засверкали льдистой зеленью.

— Я убью его другим образом, Сорняк, — сказала она тоном настолько холодным, словно он был зимним ветром, перехватывающим дыхание во время весенней ночи. — У меня с ним личные счеты.

Ее глаза испускали холодный изумрудный огонь на Хелла. Он спокойно встретился с ней взглядом и сказал тихо:

— Ты можешь оказать милость человеку, который скоро умрет?

— Обычно, нет, — сказала она нетерпеливо. — Речь идет о безопасности дочери Владыки? Я не собираюсь вредить ей.

— Нет, речь не об этом.

— Тогда проси — хотя я не расположена оказывать милость тебе, Хелл Тарвиш. Тебе, кто дважды применил ко мне насилие.

Его голос понизился почти до шепота.

— Я прошу о жизни моих соратников.

Она подняла в изумлении брови, и затем покачала своей эбеновой гривой волос.

— Как я могу? Я осталась здесь для того, чтобы выполоть их. Неужели я должна выпустить ту половину, которую я захватила, только для того, чтобы они соединились с остальными?