Шрифт:
– О пропаже мощей святой Вальпурги стало известно вчера.
– Каким образом?
– Госпожа Дарья Белинская отправилась в склеп для очередной молитвы. В последнее время у маленькой Вики болит животик, и Дарья решила помолиться у гроба святой, чтобы та помогла ей в лечении дочки. Обряд молитвы всегда один и тот же: Дарья преклоняет колени перед гробом, а затем собственноручно открывает крышку, чтобы облобызать нетленные руки святой. Кроме экс-Госпожи и тебя, Юля, никто во Дворце Ремесла не смеет открывать священный гроб.
– И она открыла его, и оказалось, что мощи исчезли?
– Именно. А на месте мощей лежал обезображенный труп охранницы раки.
– Проклятье! Кто мог совершить подобное кощунство?
– Тот, кто располагает сведениями о местонахождении раки с мощами и при этом может свободно перемещаться, создавая порталы.
Я откинулась на спинку кресла. Перспектива передо мной вырисовывалась самая неприглядная.
– Первое,– сказала я,– это ведьма. Второе – это сильная ведьма. Третье – это ведьма, которая ненавидит Госпожу Ведьм и потому преподносит ей этакий сюрпризец. А Госпожа Ведьм у нас...
– Ты, Юля.
Я поморщилась:
– Я как-то все время об этом забываю. Но кому я могла насолить так, что обиженной пришлось пойти на святотатство?
– Юля, у тебя, как и у госпожи Дарьи, немало врагов. Завистниц, которые считают, что именно они могли бы стать лучшей Госпожой Ведьм. Разве не так?
– Так.– Я посмотрела на Брайана.– Что мне делать?
– Искать злодейку.– Муж пожал плечами.– Кстати, милые дамы, а почему вы считаете, что преступление совершила женщина-ведьма? Его мог совершить и мужчина-маг. Не так ли?
– Не так,– отозвалась тетя.– Входы в склеп тщательно охраняются... и...
– И тем не менее убита охранница. Это раз, как говаривал Эраст Фандорин. К тому же преступник или преступница виртуозно делают порталы. Так виртуозно, что могут бесшумно и молниеносно скрыться с такой ношей, как тело Покровительницы Ведьм.– Я мрачнела с каждой минутой.– Тело убитой охранницы еще не предали земле?
– Нет. Оно находится в особом тайнике, с ним уже работала наша некромантка, но ничего не выяснила.
– Значит, плохо работала.
– Вот поэтому мы и вызвали тебя, Юля. Извини, пришлось прервать твой медовый месяц.
– Погодите! – Я подняла ладонь.– А не могла святая Вальпурга воскреснуть, как это уже бывало? Воскреснуть и уйти? Впрочем, что я говорю. Тогда не было бы трупа охранницы...
– Именно,– кивнула тетя.
– А почему такая спешка с поиском мощей? Почему необходимо провести срочное расследование?
– Юля, я иногда поражаюсь твоей недальновидности,– сказала тетя.– Совершено преступление против ведьм! И медлить с наказанием нельзя, иначе преступница или преступник уверятся в своей безнаказанности. Кроме того... Знаешь, сколько стоят истинные мощи святой Вальпурги на мировом ведьмовском рынке?
– Богиня светлая Диана... Мощами можно торговать?
– Разумеется. Ведь это артефакт из артефактов. Сильнейшее чародейное средство. Мощи святой Вальпурги стоят миллиарды! На такие деньги можно купить не один остров, уж поверь!
– Верю. Тетя, Брайан, вы допивайте чай. А я должна поговорить с Дарьей Белинской.
– Понимаю,– наклонил голову Брайан.
Я вызвала гнома-мажордома:
– Проводите меня в покои экс-Госпожи Ведьм.
– Будет сделано,– с достоинством кивнул гном.– Прошу.
3
В покоях Дарьи Белинской теперь была детская. Здесь пахло яблочным пюре, подгузниками и еще чем-то неуловимым, что явно указывало на присутствие в комнате довольно капризного, но очень любимого младенца.
Дарья укачивала дочку, которая явно не хотела спать. Измученным голосом мама пела:
То не ветер ветку клонит, Не дубравушка шумит – То мое сердечко стонет, То моя душа болит. Довела меня кручина, Подколодная змея. Догорай, моя лучина, Догорю с тобой и я.
Сомнительно, чтобы ребенок мог заснуть под этакую песню, но я ничего не сказала. Огляделась. В глаза бросились неисчислимые полчища плюшевых медвежат, а также резиновых утят. Надеюсь, не китайского производства. Вазу династии Сун я еще могу позволить, а вот современные китайские игрушки – это просто экологическая катастрофа.
Дарья допела песню, хитрая Вика дослушала и незамедлительно разразилась ревом, едва экс-Госпожа повернулась ко мне. Дарья вздохнула и взяла наследницу на руки. Наследница перестала реветь, но и спать не пожелала. Вместо этого она изучающе уставилась на меня фиалковыми глазами.