А мастер-травник нелепо завис в воздухе с судорожным подёргиванием лилово-грязных от волнения конечностей, и его единственный глаз вытаращился на Олеську со вполне понятным изумлением. И всё же, он пришёл в себя первым. Ну не та ученица особа, чтобы мстить или жестоко наслаждаться своим внезапным взлётом, уж не просто так столь много общались и даже устроили несколько совместных авантюр… Потому осьминожка после некоторых колебаний подлетел поближе и, парой щупалец ласково обняв и потормошив девушку, просто и мило её поздравил.

– Огненная, ты что, совсем там с ума спрыгнула? – Олеська запросто чмокнула травника в то место, которое условно можно назвать щекой, отчего тот разом окрасился в весёленький фиолетовый цвет.

Саламандра не без опаски пробормотала, что уж очень часто в людях и не-людях после взлёта всякое в голове приключается. Но всё же прекратила маяться дурью и тоже в знак приветствия лизнула огненным язычком руку Олеськи. Последним очухался мастер-псионик. Он даже без лишних напоминаний обзавёлся, паразит, вполне приличной иллюзией штанов – и тоже полез обниматься.

– Ну вот, а то словно не свои! Кстати, пять минут прошло, госпожа Нейзерим… мне очень жаль, – Олеська пальчиком поманила к себе съёжившуюся в ожидании неизбежного магичку.

Но вместо молнии или просто для начала пощёчины она милосердно, нежно погладила ту по склонившейся огненной шевелюре.

– Возьми перо-бумагу, и напиши заявление на отпуск или как там оно у вас называется. Ты слишком долго пробыла здесь, в изоляции, госпожа Нейзерим – а снаружи идёт жизнь. Медленно, почти незаметно меняется бытиё и менталитет… вот и умница! – торжествующая Олеська ткнула пальцем в низ составленного честь по чести документа, и там появилась её собственная, разработанная на кафедре графологии витиеватая и мерцающая подпись.

– Мастера и магистры, некоторое время вам придётся обходиться без главной преподавательницы – однако я надеюсь, что ваш профессионализм и достоинство не навлекут на школу недовольства её величества Королевы, – согласитесь, после такового известия трое преподавателей, втихаря ненавидевших глав-садистку лютой ненавистью, обрадовались просто до неприличия. Вон, псионик едва штаны опять не потерял, и то лишь благодаря тому, что те зацепились за всегда красноречиво показывающую его настроение стрелку.

Когда возбуждённо переговаривающаяся троица наконец убыла, Олеська повернулась к одиноко и печально замершей у стола магессе.

– Я хочу с тобой посоветоваться, – она непринуждённо уселась в кресло. – Коль скоро её Величество вовсе не прозрачно намекнула в письме, что предстоит некое деликатное дельце…

Вкратце её идея оказалась такова. Новоявленная выпускница магической школы изображает саму себя – слегка взбалмошную и чуть задирающую носопырку молодую особу, наконец-то вырвавшуюся из здешней больше похожей на тюремную обстановки. Но при ней обретается неприметная такая служанка – уж на тех никто и никогда внимания не обращает…

– Способности у нас примерно сравнимы – но опыта у тебя в магических делах куда как больше, госпожа Нейзерим. Потому и намерена я припрятать тебя в резерв, чтобы в случае чего показать супостатам пару-тройку-фокусов… с летальным исходом. Да и якобы по моему поручению можно сунуть нос куда угодно – в случае чего, валить всё на молодую госпожу-сумасбродку.

Магесса смотрела на вольготно развалившуюся в кресле вчерашнюю ученицу странным, старательно лишённым даже намёков на эмоции, взглядом.

– Госпожа мыслит слишком быстро и… эффективно, что ли, – наконец ответила та, сообразив, что от неё ждут некой реплики.

Ну да, ещё бы – ты, кичливая магичка! Мои предки гибли там, где мог справиться полуграмотный деревенский колдун. Умирали тогда, когда их мог бы спасти даже не очень способный целитель. И так шло сотни, тысячи поколений – безжалостный естественный отбор оставлял лишь самых умных, сильных, выносливых. И вот, получилась… я, которой вдобавок ещё привалили и кое-какие магические способности!

Преподавательница слушала молча, сосредоточенно. Лишь каждый раз закусывала губу и вздрагивала всем телом, когда подобно пощёчине на неё падали убойные аргументы.

– Как будет угодно госпоже Тени, – безжизненно ответила она.

– Ну что ж… придётся тебе поставить ещё один, второй минус. Учти, если их станет двенадцать, мне придётся рекомендовать Королеве заменить тебя на посту первой магессы школы, – Олеська с лёгкой улыбкой вспомнила ту давнюю, одну-единственную встречу с Королевой – а пуще всего то незабываемое ощущение, оставшееся после короткой доверительной беседы…