«Король Келграэль назвал нас Высочайшими Князьями — нас, Банду Четырех, компанию авантюристов, направо и налево нарушающих законы, — думала Эмбра. — Он повелел нам защищать королевство. О, как мы могли потерпеть в этом неудачу…

Эзендор Черные Земли… Отец… Где ты?»

Тишина. Пустота. Эмбра потянулась мыслью вдаль, стараясь отыскать, почувствовать этот мрачноватый, но живой ум, этот юмор, эту отвагу и решительность… Он действительно похож на грифона — волшебного зверя, украшавшего его герб и давшего ему прозвище, — златоглазый орел в облике красивого мужчины…

Вспышка голубого пламени-мысли… сознание… четыре стража, каждый наполнен могучей магией… они заметили вторжение Эмбры, и они не друже…

Эмбра закричала.

Хоукрил крутанулся на месте, разворачиваясь к ней.

Ее голова была запрокинута назад, из глаз вылетали бело-голубые молнии, и еще больше молний искрилось между подлокотниками трона. Ослепительные вспышки приковывали руки Эмбры к подлокотникам, словно цепи, и она извивалась всем телом, стараясь побороть неистовство молний.

Камень дымился в тех местах, куда падали раскаленные бело-голубые искры, но Хоукрил не колебался ни мгновения. Он отшвырнул бесполезные меч и кинжал и бросился вперед, сквозь заклинание, от которого у него не было защиты. Он смутно сознавал, что волосы у него на голове встали дыбом, доспехи затрещали и задымились, все тело задрожало под волной магии, как паутина на ветру…

А потом Эмбра сделала что-то такое, от чего ей стало очень больно, — и Хоукрила отбросило назад, вырвало из смертоносного огненного урагана.

Могучий воин рухнул на мраморный пол, сбив с ног множество бесцельно блуждающих Тающих. Он задыхался и так ослабел, что не мог даже пошевелить руками.

Эмбра всхлипнула и попыталась встать с трона. Хоукрил не смог даже поднять голову, а над ним, вокруг него, весь тронный зал — и высокий потолок, и полированный мраморный пол, усеянный мертвыми телами, и вообще все — вдруг содрогнулось! Краер метнулся к Хоукрилу, отчаянно размахивая руками, чтобы сохранить равновесие и не упасть прямо в бушующий вихрь магических молний.

Латник не видел Эмбры — ее не было там, куда он смотрел, а повернуть голову у него не хватало сил.

— Трое, помогите мне! — прорычал он. — Хоть кто-нибудь! Помогите!

Их было четверо — их связывало кровное родство, и все они были женщины… сестры?

Эмбра вздрагивала и морщилась, когда они направляли в нее все новые и новые молнии. Она даже не знала, кто это такие, она никогда прежде их не видела! Они были явно не из Аглирты, и Эмбра никак не могла обидеть или разозлить их, даже ненамеренно…

«Как больно! О, милостивые Трое, как больно!»

Однако она все еще была жива — благодаря пронизывающей ее древней магии замка и благодаря Речному Трону, который усиливал ее собственное колдовство.

«О, Ястреб, как же тебе, бедному, сейчас плохо — без помощи этой магии!»

Эмбра до крови закусила губу, не заботясь о том, отразится это на ее красоте или нет. Если бы только получилось установить магический щит…

Трижды она пыталась поставить щит — и трижды они сметали ее заклинание, едва оно начинало оформляться. Они прекрасно понимали, что Эмбра пытается сделать, не могли не понимать — и потому любые попытки девушки были заранее обречены на провал. Каждый раз, когда она вновь начнет поднимать щит, они смогут сокрушить его новыми атаками, и…

В этом замке происходило так много магических сражений… За долгие годы его залы и коридоры были свидетелями и местом действия для диких магических бурь. Здесь чародеи и колдуньи швыряли друг в друга волшебные молнии, пронзали магическими стрелами, взрывали огненные шары… Однако замок выстоял. А сейчас Эмбра соединена с замком — значит, сам он может стать ее щитом! Она погрузилась сознанием в глубь магической сети «живого замка», облачилась в плащ из камня, спряталась глубоко, в темноте и прохладе…

Да… она все еще страдала от их магии, ее тело было изранено их заклинаниями — но теперь боль стала глухой и словно отдалилась. Эмбра снова обрела способность ясно мыслить. И творить заклинания. Смотреть сквозь волшебный дворец, как сквозь магический кристалл, исследовать и воспринимать информацию…

Они были свирепы, сильны и неистовы, эти четыре женщины. Они были молоды, и — да, они были сестрами… Эмбра их не знала и никогда прежде не видела, но в их заклинания было вплетено некое гордое имя…