Воцарилось долгое молчание, которое наконец нарушил один из адмиралов, обратившийся к Кали:

— Скажите, прав ли капитан Мал? Как вы полагаете, если найти спящего Жнеца, возможно ли будет подчинить себе гетов?

— Не знаю, — смущенно покачала головой доктор. — В этой задаче слишком много неизвестных.

— Пожалуйста, — настаивал кварианин, и его интонации были скорее командными, чем просящими, — выскажите хотя бы предположение. Вы же один из лучших экспертов по искусственному разуму в этой галактике. Мы все жаждем услышать ваше мнение.

Кали сделала глубокий вдох и на какое-то время задумалась, прежде чем ответить:

— Если принять к рассмотрению то, что мне известно об исследованиях, которые проводил доктор Киан, а также основываться на гипотезе, что флагман Сэрена и был тем самым загадочным артефактом… вполне возможно, что подобное судно способно контролировать гетов. И если сохранились и другие, подобные «Повелителю», то — да. Логично будет предположить, что и их можно использовать в тех же целях. Опять же если именно это стало причиной власти Сэрена.

Трудно было с уверенностью сказать, как восприняли эти слова квариане, поскольку зеркальные шлемы полностью скрывали их лица. Но Кали показалось, что большинство из них приняли раздраженные или даже гневные позы, зато Мал, напротив, гордо выпрямил спину.

— Быть может, вам известно еще что-нибудь, Кали Сандерс? — спросил один из квариан. — О Сэрене, гетах или об исследованиях доктора Киана?

— Мне и в самом деле больше нечего сказать, — извиняющимся тоном ответила Кали. — Мне жаль, но ничем не могу помочь.

— Полагаю, мы и так услышали все, что нужно, — сказал Мал, поднимаясь из кресла. — Спасибо, Кали.

Осознав, что из гостя больше ничего вытянуть не удастся, остальные квариане решили согласиться с капитаном и тоже поднялись.

— Благодарю вас за то, что уделили нам время, — произнес один из них. — Капитан, нам следует обсудить этот разговор на собрании Конклава. Рассчитываем, что и вы составите нам компанию.

— Да, мне тоже хотелось бы поговорить с ними, — кивнул Мал.

— И чем скорее, тем лучше, — заметил другой. — Может быть, вам следует приказать эскорту сопроводить людей до их яхты?

— Кали, как и остальные присутствующие, является почетным гостем «Иденны», — достаточно резко ответил Мал. — Они не нуждаются в сопровождении и вольны приходить и уходить, когда им вздумается.

Воцарившееся неловкое молчание нарушил представитель Адмиралтейства:

— Мы учтем, капитан.

Выиграв этот раунд, Мал повернулся к Кали и ее спутникам:

— Если не будете мешать работе экипажа, можете свободно перемещаться по всему крейсеру. В случае если вам понадобится сопровождающий, обратитесь к Лемму, он с радостью поможет.

— Благодарю вас, капитан, — сказала Кали, которой уже не терпелось покинуть «Лестиак», где явно вот-вот должна была разразиться гроза.

— Рассчитываю снова увидеться с вами после возвращения со встречи Конклава, — добавил Мал.

— С радостью, — ответила Кали. — И вы всегда желанный гость на борту нашей яхты.

Не зная, существует ли какой-нибудь формальный протокол, требующий от них дождаться разрешения, прежде чем уйти, Кали продолжала молча стоять, пока Лемм мягко не потянул ее за локоть.

— Пойдем, — прошептал он. — Пора уходить.

Мал и Айли остались на «Лестиаке».

Как только двери шлюза захлопнулись за спинами людей, Гендель повернулся к Лемму:

— Какого черта там произошло?

— Политика, — прозвучал короткий, малосодержательный ответ.

— А поточнее нельзя сказать? — спросила Кали.

— Уверен, что капитан и сам все расскажет, как только вернется с заседания Конклава, — заверил молодой кварианин. — Прошу вас, потерпите еще пару дней.

— Похоже, выбора у нас все равно нет, — проворчал Гендель. — Но мое терпение уже истончилось до предела.

Гоуло не понравился Грейсону с первого взгляда.

Невидимка организовал их встречу на Омеге, чтобы они могли обсудить планы по нападению на Кочующий Флот. Для разговора была выбрана небольшая съемная квартира в районе, управляемом группировкой Когтей. Склад, где Грейсон застрелил Пэла, располагался в какой-то паре кварталов от этого места. Комната была абсолютно пустой, если не считать двух стульев, стола и собеседников.