– У нас не курят, – холодно ответил сержант милиции метрополитена.

– Все эти взрывы из одной серии, – начальник аналитического отдела Управления «Т» – маленький розовощекий мужчина с бросающейся в глаза бородавкой под левым веком протянул Стравицкому сначала один документ, затем другой. Третий он на некоторое время задержал в руках, давая генералу время осмыслить содержание двух предыдущих.

Но начальнику Управления «Т» этого не требовалось. Все и так было предельно ясно. Методы террористических актов в Испании, Великобритании и Москве практически идентичны. Как говорят специалисты, modus operandy system, обозначаемый на ящичках допотопных картотек и в секретных файлах современных компьютеров аббревиатурой MOS, совпадает по большинству параметров. На языке более понятном для подкованной детективными произведениями публики, это означает, что преступный «почерк» один и тот же. Не считая некоторых вполне объяснимых различий в составе взрывчатки: каждая группа пользовалась той, что ей было легче достать.

Но этот далеко ведущий вывод делать самому генералу не хотелось. В конце концов, задача руководителя – оперировать фактами, а не умозаключениями.

Стравицкий нахмурился и отложил бумаги в сторону.

– Вы утверждаете, что взрывы в Мадриде, Лондоне и Москве – дело рук одной и той же организации?

– Ну, – начальник аналитического отдела замялся. – Одной или нескольких, сказать трудно. Но чувствуется общая организованность… То есть я хочу сказать, прослеживается влияние если не одного руководящего ядра, то по крайней мере координирующего центра…

– Так это надо прямо и написать в выводах! – раздраженно сказал Стравицкий. – Заключение об объединении мирового терроризма требует и объединения усилий по борьбе с ним! Нужны и соответствующие предложения!

– Хорошо, товарищ генерал, допишем выводы… А предложения я уже подготовил…

Мужчина с бородавкой под глазом передал генералу последний документ. Начальник Управления «Т» привычно пробежал текст глазами, потом вернулся к началу и прочел уже основательно, затем поднял голову и внимательно посмотрел на подчиненного:

– Радикальные меры? Клин вышибать клином? Террор против террора?

Подчиненный не по-уставному развел руками:

– Это проект. Докладывается на ваше усмотрение. Но в мировой практике многие применяют радикальные меры. Израиль борется с террористами их же методами, и получается очень результативно…

– Но вы хотите перещеголять даже Израиль!

Человек с бородавкой снова развел руками:

– Проект докладывается на ваше усмотрение… Не мне принимать решение.

Стравицкий откинулся на спинку кресла и хрустнул пальцами. Аналитик был прав. Всем надоела пустопорожняя говорильня. Если не сотрясать воздух правильными фразами, а стремиться получить результат, то предложение должно быть радикальным и принципиально новым. Такое, как это…

– Вы даже название придумали? – задумчиво спросил он. – Меч Немезиды… А кто такая Немезида?

– Богиня возмездия, товарищ генерал, – ответил мужчина с бородавкой.

– Ах да, конечно, я просто забыл…

Стравицкий потер лоб.

– Спасибо, Роман Анатольевич. Вы хорошо поработали. Другое дело, как воспримут эти предложения там…

Генерал показал пальцем вверх, туда, где находился чердак. Воспринимать там предложения было совершенно некому: в особорежимном учреждении не водились ни кошки, ни голуби. Но аналитик понимающе кивнул головой и с трудом удержался от своего излюбленного жеста.

– Вы свободны, – сказал Стравицкий и, опустив голову, погрузился в изучение документа.

Начальник аналитического отдела повернулся и бесшумно вышел из кабинета. Мавр сделал свое дело, мавр может удалиться. И хотя у Романа Анатольевича была белая кожа, он привык работать, как негр на плантациях, и всегда оставаться в тени. Впрочем, сейчас он даже не представлял, какую кашу заварил.

А Стравицкий, несколько раз изучив документ, глубоко вобрал в себя воздух и потянулся к «вертушке» АТС-1.

Есть профессии, в которых самое обычное и повседневное исполнение служебных обязанностей связано с широкой известностью, популярностью и славой. Народ узнает и одаривает знаками внимания любимых артистов, уважаемых телеведущих, модных писателей. Даже плохое исполнение этих самых обязанностей или вообще их неисполнение тоже может приносить дивиденды в виде славы: сколько бездарных политиков – от министров до депутатов, примелькались благодаря вездесущему телевидению, и их лица население знает гораздо лучше, чем их славные дела.

В этом плане, специальная разведка ГРУ [6] – не самое лучшее место службы, ибо даже самые выдающиеся подвиги не пробиваются сквозь завесу секретности и не позволяют прослыть национальным героем. Раньше об этом подразделении вообще ничего не было известно, даже разглашение слова «спецназ» грозило виновному трибуналом. В эпоху гласности и болтовни, когда государственные секреты сливались как мутная вода в канализационную воронку, о спецназе ГРУ стало известно широким слоям публики. Но только в самом общем плане.