Я пил чай и смотрел на, освещенную прожекторами, зону отчуждения. Лучи прожекторов освещали обычные с виду сосны и березы, траву, кусты и бурелом. Лес ничем ни отличался от обычного пригородного леса, и даже тропинка, хитро петляющая между стволов, дополняла это впечатление. Единственного чего не хватало это звуков. Кругом была ну прямо мертвая тишина. Даше шороха опавших листьев и скрипа деревьев не было слышно. И зачем его так огородили. Лес как лес. Я сделал последний глоток чая, зашвырнул щелчком окурок в ближайшие кусты, и собирался было пойти в караулку, но странный звук, исходивший со стороны тропинки, привлек мое внимание.

— Таа да, дрыдры дры, — тихо и не разборчиво доносилось до меня.

Я напряг слух и прислушался.

— Таа да, дрыдры дры, — повторилось, но уже громче.

Будто зовет кто-то. Я спрыгнул со шлагбаума и прошел в открытую сетчатую дверь системы заграждения, туда, где стояли противотанковые ежи, как я их окрестил. Я остановился, прислушался. Звук повторился, но в нем уже можно было разобрать человеческий голос.

— Сталкер, помоги-и. Водички бы-ы, — доносилось с другой стороны тропинки, — помоги-и сталкер, загибаюсь.

— Кто там? Эй, ты где? — крикнул я в темноту и бросился по тропинке, — где ты мужик? Эй?

— Сталкер, помоги-и. Водички бы-ы, помоги-и сталкер, загибаюсь, — все доносилось из темноты.

Я уже не бежал, а шел, прислушиваясь к звукам. Свет от прожекторов был далеко позади и в то место где я находился, практически не добивал. Странно, я прилично углубился в лес, а звуки так и не приблизились. Создавалось впечатление, что человек просил о помощи метрах в двадцати от меня, но я шел им на встречу, а звуки так и не приближались, оставаясь примерно на том же расстоянии.

— Мужик ты где? Да где ты? — звал я зовущего меня человека.

— Помоги-и сталкер, — помоги-и, — звук приближался.

Я шел в полной темноте на звуки о помощи, а звуки в то время приближались ко мне. Зрение уже привыкло к отсутствию света, и я мог различать деревья, встречающиеся по дороге кусты, пни и лежащий кругом сухостой. Пару раз я чуть не падал, цепляясь о пень, но все-таки смог остаться в вертикальном положении. Передо мной был огромный куст, а за ним, по-видимому, тот, кто звал на помощь.

— Потерпи мужик, я уже здесь, — Я не стал пробираться сквозь этот куст, а решил обойти его слева.

Наверное — это меня и спасло. Не успел я сделать и пару шагов, как огромный куст начал трещать и через него, ломая ветки и сшибая все, на своем пути выпрыгнула какая-та хрень. В темноте не очень разберешь. Я инстинктивно отпрыгнул в сторону. Хрень, видимо ориентируясь на мой голос, выпрыгнула из кустов в надежде мной полакомиться, но, не успев удивиться тому, что его жертва левее, со всей скорости врезалась в стоящее впереди дерево. Я не оглядываясь, бросился бежать к блокпосту. Медведь, мамочки, медведь — била предательская мысль в голову, хана мужику. Адреналин в крови десять раз превысил допустимую норму, ноги работали со скоростью заправского нигерийского легкоатлета, даже не смотря на пересеченную местность, я убегал. Хрень издала визжащий звук, какой обычно издает раненный подсвинок и бросилась за мной. А может не медведь, а кабан? — попыталось успокоить подсознание, но скорости от этого я не сбавил.

Вертолеты прибыли через пятнадцать минут, как и обещал по рации майор Кравченко. Он лично возглавил группу. Два вертолета приблизились к блокпосту

Вертолеты прибыли через пятнадцать минут, как и обещал по рации майор Кравченко. Он лично возглавил группу. Два вертолета приблизились к блокпосту № 87. Один приземлился на плацдарме и из его брюха, как горох, высыпали бойцы в черных защитных комбинезонах с автоматами наперевес. Второй вертолет, остался в воздухе, делая небольшие петли вокруг блокпоста. Спецназовцы действовали слаженно. Они разделились, и, прикрывая друг друга, обследовали территорию. Спустя минуту, в гарнитуре майора звучали доклады:

— Первый, гаражи — ноль.

— Второй, хозпостройки, — ноль,

— Третий ГСМ — ноль.

— Четвертый — первый этаж — ноль.

— Пятый второй этаж — ноль.

— Шесть, семь, восемь, периметр — ноль.

— Принял, всем отбой. Боевая готовность номер два. Занять позиции. Начать боевое дежурство, — майор вышел из приземлившейся второй вертушки и отправился к блокпосту. Солдаты, высадившиеся из второго вертолета, заняли места в дзотах, и на вышках наблюдения. Двое из них патрулировали периметр. Механизм по отработке внештатной ситуации семь был отработан до автоматизма и исправно работал на практике.

На входе в БП, майора встретил человек со звездами капитана на защитном комбинезоне, он пропустил старшего по званию в здание и последовал за ним.

— Ну что у вас? — спросил майор, заходя внутрь караулки.

— Да все чисто. Следов прорыва нет, людей нет, трупов нет. Похоже на то, что здесь контролер поработал, — капитан снял защитную маску и положил на стол.

— Да уж. Точно контролер, — вздохнул майор, — «сердце камня» у всех есть?

— Так точно у всех, как по инструкции, — отрапортовал капитан.