Бегу всё быстрее от детства,Мне некуда, некуда деться —Горят за спиною мосты —Ни вправо, ни влево, ни ниже,Огонь полыхает всё ближе,И нет под руками воды.И некогда остановиться,Вздохнуть, постоять, удивиться,Что вновь распустились цветы,Что скоро уже середина,Всё чаще мои годовщины,И первые нити–морщиныВедут по лицу борозды…Галопом, галопом, галопомПо Азиям и по Европам,И снова сгорают мосты.А может, всё это мне снится,И дни не мелькают, как спицы,В разогнанной колеснице,И вовсе горят не мосты?А попросту отблеск плиты,И бабушка варит вареньеВ саду под вишнёвою тенью,И пенок всплывают пласты.И я у кипящего тазаНе щурю корыстного глаза,А просто смотрю, как играютВ траве дворовые коты.К варенью пчела прилипает,Жужжит и усы в нем купает —Попалась в капкан вкусноты!А бабушка длинною ложкойМешает сироп понемножку,И дым застилает кусты.В передник бы старый зарыться,Вдохнуть, захлебнуться, забыться,Отплакаться и омытьсяВ потоках её доброты…Да, бабушка, скоро мне тридцать,И дни, как в руках твоих спицы,И пыль по дороге клубится,И время разводит мосты.А может, всё это мне снится?А может, приснилась мне ты…
* * *
Что ты, муж, меня бранишьТак уныло, так напрасно?Это март закапал с крыш,И на улицах ненастно…Разве холодно в дому?Разве окна смотрят мутно?Разве бегаю к кому,От людей лицо закутав?..Может, в том моя вина,Что — догадливая женка —Я растила пестунаДля второго медвежонка?..Может, нынче не красна —Вот и всё тебе не любо?Может, просится веснаОстрой змейкою под шубу?..Тихо косы расчешу,Постелю, задую свечи…Не ревнуй к карандашу…Не брани меня под вечер…
Тодес
Лёд у лица — виток, ещё виток,Одна опора — рука партнёра.Мир голубой, как голубой каток,Мелькают лица антрепренёров.И в этом вихре лиц и голосов,В метели бесконечной суетыЕсть нить одна — основа из основ —Твоя рука, твой голос, просто — ты…Ты пальцы побелевшие сожми,Останови кружение у бездны,И если упаду — ты подними,Иначе — всё на свете бесполезно.
* * *
И не успела нанизатьК венчанью бусы,И не успела навязатьДела и вкусы,И не успела стать женой,С пелён вдовея,И стала белой из ржанойПод судьбовеем.Сухие выцвели глаза,Поникли плечи —И, значит, нечего сказать,И плакать нечем.
* * *
Звук становится чище и глуше…Что же снова тебе не сказала?..Говорили про дождь и про лужи,И промозглую сырость вокзала.Говорили про верхнюю полку,Про купе и сквозняк, и соседей,Про забытую в спешке футболку,И молчали, что вместе не едем…Звук растаял, сжимаю ладони,Вслед кричу, хоть теперь и не к спеху:«Оглянись! Я стою на перроне,Как бы ты далеко ни уехал…»
* * *
Вот так, дружок, — ни слова в простоте —На каждый звук — аптекарские гири…Всё сбрендило в безумном этом мире —Друзья — не те, любимые — не те.Не тот трамвай мне путает маршруты.По улицам, запутанным в клубок,Бреду унылой кошкой, а минутыСбегают, как от бабки колобок.И вроде, не болтаюсь на кресте,Но даже радость с привкусом бескормицНе та — как утро, прерванное горном…Друзья — не те… И те, что те — не те…
* * *
Начинается жизнь — к вечеру,Разложили удары — квиты мы.Очень жаль, но сказать — нечего,Все слова, как шары бритые…День уходит дождём в крапинку,Год уходит, снега выхлестав,И в тоске по делам праведнымЖизнь уходит пустым выстрелом.Тянут руки ко мне нищие,Их касаньем судьба мечена…Так хотелось писать личное,Оказалось — сказать нечего.
* * *
Не девочкой счастливой,Не юною женой —Усталой, терпеливойВошла ты в город мой.Я сам в нём строил храмыИ красил куполаДля Самой!.. Самой–самой!А в город Ты вошла…Спокойно, отрешенно прошла по хрусталюИ на призыв бессонныйСказала: «Не люблю…»Перчаток не снимая,Пригубила вино……Есть город, храм, и знаешь,В нём пусто и темно…
* * *
Я кольцо сняла,Бросила под ноги…Хорошо жила —Дай так, Боже, многим!Всё в дому с горой…Пироги да пышки,Да мужик — герой,Да звонок — сынишка!Всё легко в домуИ рукам послушно.Что же, не пойму,Песне здесь так скучно?Бросила кольцо,Залилась, запела!Но темно лицо,Не повеселело…
* * *
Из больницы вышла налегке —Не клеймят, тавро не ставят чернью.Не ребенок — сумка на руке —Лёгкий спутник лёгких увлечений.Тополиным пухом понеслась,Отмахнув заботы сумкой лихо,До поры ни капли не боясь,В пустоту прорвавшегося крика,До поры не думая о том,Как в те улетевшие неделиРуки сына сердца снежный комГладили, да так и не согрели.Жизнь на память вяжет узелки:До поры бездумье, до поры…Развязать — да поздно, не с руки,А рубить — затупишь топоры…
