На здании гильдии воинов захлопывались окна и открывались бойницы. На декоративных вроде бы башенках пропала крыша и появились небольшие, практически миниатюрные катапульты явно гномьего производства. Представительство гильдии магов укуталось мерцающей пленкой защитного заклинания. Компанию в этом обители волшебников составили дома самых богатых горожан, наделенные благодаря сложной и очень хорошо оплачиваемой работе чародеев схожими волшебными свойствами. Простые жители с похвальной прытью прятались по домам, захлопывал ставни и, на всякий случай, снимал со стен мечи и луки.

Во дворце князя спешно примчавшийся на зов Келеэль в предвкушении драки злобно оскалился, перепугав и без того испуганную знать, безуспешно пытавшуюся пробиться поближе к правителю. От толпы аристократов, среди которых достаточно знатных персон почему-то не виднелось, архимага и его бывшего воспитанника отделяло целых две преграды. Первая, сдерживающая излишне ретивых подданных, состояла из гвардии. Но хмурые и неулыбчивые эльфы, лучшие воины и маги государства, выглядели не слишком представительно на фоне тех, кто стоял за их спинами. Три замерших в абсолютной неподвижности фигуры, несмотря на свою малочисленность, заставляли многих из присутствующих стучать зубами. Архиличи. Те, кто при жизни был архимагами или стал равен им по силе в смерти. Нет, внешне они вовсе не были пугающи, гнилая плоть или выступающие кости — удел низшей нежити. Тем, кто начисто был лишен магического дара и не чувствовал магического холода, волнами расходящегося от них, могло бы показаться, что перед троном стоят обычные два человека и эльф, облаченные в богатые одежды и увешанные амулетами. Правда очень бледные. Но таковые если в помещении и имелись, то в очень незначительном количестве. Основная же масса знати обладала как минимум хорошей магической чувствительностью. А как максимум прекрасно знала, кого из своих коллег, за что и сколько тысяч лет назад убил стоящий рядом с правителем архимаг. И на что были способны противники древнейшего эльфа, раз он решил их сохранить в относительно дееспособном, пусть и подчиненном себе состоянии.

— А я думал, вы костяного дракона притащите, учитель, — хмыкнул князь, в глазах которого время от времени разгоралось зеленое пламя, свидетельствуя о пробудившейся силе его рода.

— Он бы здесь не развернулся, — пятитысячелетний некромант всегда здраво оценивал самые слабые и сильные стороны своих творений. — Но если будет нужно, он приземлится на лужайку перед парадным входом в течении сотни ударов сердца.

— Тогда пусть метит в клумбу с розами, которая стоит прямо напротив входа. Она мне никогда не нравилась, а снести убожество нельзя, оно посажено на этом месте лично моей матушкой.

— Смерть узурпатору! — метательный клинок, полетевший в князя, был перехвачен рукой одного из гвардейцев. А эльфа, его кинувшего, уже душил своей костлявой дланью стремительно метнувшийся вперед со скоростью, недостижимой для живых, архилич. Толпа отхлынула. Кого она больше испугалась, сказать сложно. Нежить хоть и была могущественна, но управляющий ей некромант, несмотря на упорно ходившие слухи о его сумасшествии, в бессмысленных убийствах замечен не был. А вот находиться в момент, очень похожий на начало то ли бунта, то ли переворота, рядом с заговорщиком, пусть и уже скрученным и полностью безопасным, явно показалось лордам и леди не самой лучшей идеей. Мало ли… потом доказывай палачам, что просто рядом стоял.

— Это кто? — спросил Келеэль своего бывшего воспитанника, вполглаза наблюдая как придушенного эльфа волочет куда-то вглубь дворца служба безопасности, а мертвый архимаг возвращается к своим коллегам.

Тот ненадолго задумался, но потом честно сознался, что не знает. Но что парень не из высшей аристократии, это точно.

— Ну, тогда церемониться при допросе не будем, — вслух сделал себе пометку волшебник.

Стоящий ближе всех к трону гвардеец с символом жреца солнца на груди, который и поймал злополучный кинжал, пробормотал себе под нос короткую молитву за упокой души идиота. Его сосед по цепи, на чьей шее болталось ожерелье из миниатюрных, но очень похожих на человеческие черепов, шепнул своему товарищу: 'Не поможет!' и вернулся к исполнению своих обязанностей.

— Однако, — князь покосился в сторону ближайшего окна так, словно надеялся разглядеть в нем смысл всей жизни. — Что-то нападавшие задерживаются…

— Да, непунктуальные они какие-то, — согласился с ним архимаг. — Но не выходить же нам из укрепленных магией стен, чтобы их поторопить?

— Значит, будем ждать, — резюмировал князь.

И они ждали. До вечера. А потом к цепи охраны протолкался глава городской стражи и доложил, что беспорядки в городе прекращены. Жрецы, без особых проблем уничтожившие напавших на их святилища наемников и пару не слишком знатных лордов с их войсками, выплеснулись на улицы и смешали всех сеятелей смуты с пылью. Вернее, светлые смешали врагов с пеплом, а темные с могильным прахом. Да и оставшиеся верными короне аристократы, которых было куда больше чем мятежников, сложа руки не сидели. А сводить счеты между собой им мешали наблюдатели от князя, которых он по рекомендации Келеэля и, несмотря на бурные протесты знатных эльфов, приставил к самым непримиримым и собравшим немалые силы личностям.

На следующий день, во время совета, на котором помимо архимага и князя присутствовало еще несколько знатнейших персон государства, не смывшихся вовремя из столицы, правитель, жутко недовольный тем, что не смог не только добраться до убийц своей возлюбленной, но и выяснить, кто они, начал разнос всех и вся.

— Лорд Эазор, — буравил он взглядом одного из аристократов, отличившихся во вчерашних событиях. — Вы можете объяснить, почему ваш особняк пытались взять штурмом наемники?

— Не имею ни малейшего представления, — развел руками эльф.

— Да? Возможно. А почему их на подходах к дому встретили стрелы подчиненных вам егерей, которые вообще-то должны охранять окраины леса, а не шастать всем составом, да еще и с оружием наголо, по столице?

— Это просто совпадение, мой князь.

— Лорд Беалес, вам есть что добавить? — неожиданно перевел взгляд на другого аристократа правитель.

— Ничего.

— Да? Ну, значит ничего. А то, что гильдия наемников уже полмесяца пропивала по кабакам золотой песок, привезенный явно с ваших рудников, тоже просто совпадение. Теперь вы, глава рода золотого лепестка. Что за жалобу от гильдии купцов вы подсунули моему секретарю? Что это за шедевр эпистолярной драмы и почему, основываясь на этой бумаженции, казна должна возместить вам часть убытков?