Как странно, думала в это время Дайана. Отец назвал Зигфрида таинственным, тогда как никакой таинственности ни в нем самом, ни в его поведении не было. Уж она-то это хорошо знала. Во-первых, он хотел помочь своему народу не ассимилироваться, а, по возможности, сохраниться. Во-вторых, ему нужно было найти своих сестер. Ну и, в-третьих, поскольку она сама совершенно неожиданно вошла в его жизнь, ему хотелось быть ближе к ней.

– Конечно, я тебя внимательно слушаю! Пожалуйста, говори…

– Как только выйдем в открытый океан, – продолжал отец, – я впишу Зигфрида в список участников экспедиции, и на собрании объявлю о том, что решил назначить его своим заместителем. Однако он поставил передо мной одно условие, и оно касается тебя.

– Меня? – искренне удивилась Дайана. И сердце ее в этот момент вдруг сладостно сжалось. Какое такое условие поставил отцу возлюбленный? Неужели он попросил ее руки?

– Да, это касается тебя, – повторил отец, взглянув на нее серьезно. – Ты обязана остаться в Пуэрто-Вальпо. Понятно? Другие указания получишь утром, перед выходом судна в океан. Я принял это условие и хотел бы, чтобы возражений от тебя не последовало…

Что-что?! Остаться в Пуэрто-Вальпо?! – опешила Дайана. Дыхание ее участилось, казалось, ей не хватало воздуха, чтобы свободно вздохнуть и разразиться гневной тирадой. Зачем здесь оставаться? В чем она провинилась перед Зигфридом и перед отцом?!

Нет, ни за что нельзя давать согласия, чтобы потом торчать одной в этом городишке, подумалось ей. Ведь тут вечером стоит сделать шаг в сторону от центральной улицы и попадешь в кромешную темень! А ресторан с приличной кухней тут, похоже, всего один!

– Отец… – Дайана наконец-то набрала воздуха в легкие и попыталась возразить.

– Все-все, вижу, что ты согласна, вот и умница! – продолжал профессор Стемплтон. – Обязательно еще пару раз посетишь ресторан «Бельканто», прогуляешься по улицам, сходишь в Дарвиновский музей. Купишь себе пару туфель, каких хочешь за любые деньги. Это мой способ подсластить пилюлю, которую подсунул тебе Зигфрид. – Он улыбнулся, но вдруг, посерьезнев, добавил: – Запомни самое важное: через пару дней у управляющего банка «Серебряные копи Пуэрто-Вальпо» получишь пакет, вскроешь и прочтешь, что тебе делать дальше! Кстати, выполни еще одну просьбу, погуляй по территории яхт-клуба, это недалеко от города… Обязательно погуляй! И, пожалуйста, не плачь, только слез мне тут еще не хватало!

Ничего нельзя было поделать со слезами, они градом хлынули из глаз Дайаны. Предатель! – подумала она о Зигфриде. Он предал ее и поставил точку в их отношениях! Хотя, если начать серьезно разбираться, какие там были отношения? Разве он объяснялся ей в любви, звал замуж? Разве просил у отца ее руки?

Нет, нет и еще раз нет! Ничего этого Зигфрид не сделал! И она-то тоже хороша, безоглядно ему доверилась. Правильно говорят, мужчинам не может быть никакой веры. Он причинил ей такую же боль, какую мог причинить Казимир Садовский, убив его самого, вот так!

– Я и не плачу! – всхлипнула она в последний раз и вытерла слезы.

– И правильно делаешь. Иди в свою каюту и отдыхай. А мне еще предстоит работа с документацией, так что извини…

– Уже иду, – с обидой, но покорно ответила Дайана.

– Да, вот еще что, – спохватился ее отец, – о Зигфриде не беспокойся. Парень спит в освободившейся каюте Казимира Садовского. Он же мой будущий заместитель… – Он еще раз взглянул на нее и предложил: – Если хочешь, я прикажу разбудить судового врача, мисс Дюпре, и она даст тебе успокоительное…

Очень надо! Дайана встала со стула и, гордо подняв голову, вышла из каюты. У кого же можно было научиться несмотря ни на что показывать непреклонность характера с помощью неимоверно задранного подбородка и прямой спины? – подумала она, оказавшись за дверью. Надо быть честной и признаться: подобную манеру держаться можно было перенять только у этого ужасного мистера Садовского. Вот какую память он оставил о себе!

Утро следующего дня выдалось таким же солнечным, как и предыдущее. Однако на душе у Дайаны было пасмурно. Она стояла на причале и наблюдала, как боцман Фергюссон на палубе «Исследователя» отдавал команды своим матросам.

Как обидно! Ей тоже хотелось оказаться на необитаемом островке Вапамоутомали, строить лабораторию, принимать участие в необыкновенном эксперименте… Да ведь она раньше всех узнала об этом острове!

Почему отец обошелся с ней так несправедливо? Наверное, мисс Джейн Дюпре рассказала, что Зигфрид проводил ночи в каюте его дочери. И это послужило причиной того, что ей дали какое-то странное задание и оставили теперь одну в Пуэрто-Вальпо…

Отрабатывая малый ход назад, «Исследователь» отошел от стенки пирса – сначала на несколько футов. И вот уже широкая полоса воды, отражавшая солнечные зайчики от иллюминаторов судна, разделила Дайану и ее коварного возлюбленного.