Машина поехала по аллее, свернула направо, налево, потом опять направо и выехала на дорогу.

– Мы поспеем вовремя, – сказал седобородый мужчина. – Скоро ты увидишь двойной топор и Килтербери-Даун. Прекрасное зрелище.

Мимо них промчалась машина, едва не отбросив их к изгороди.

– Юные кретины, – проворчал седобородый человек.

У одного из упомянутых «юных кретинов» были волосы до плеч и большие круглые очки, а у другого – бакенбарды, делавшие его похожим на испанца.

– Тебе не кажется, что мама будет волноваться из-за меня? – спросила Миранда.

– У нее не хватит времени. Когда она начнет беспокоиться, ты уже будешь там, где хочешь быть.

В Лондоне Эркюль Пуаро поднял телефонную трубку и услышал голос миссис Оливер:

– Мы потеряли Миранду.

– Как это потеряли?

– Мы заехали на ленч в «Негритенок». Миранда пошла в уборную и не вернулась. Кто-то сказал, что видел, как она ехала в автомобиле с пожилым мужчиной. Но это не могла быть Миранда. Должно быть, он ошибся.

– Кому-то из вас следовало оставаться с ней. Ее нельзя было терять из виду. Я же предупреждал вас об опасности. Миссис Батлер очень волнуется?

– А вы как думаете? Конечно волнуется. Она хочет звонить в полицию.

– Вполне естественно. Я тоже позвоню туда.

– Но почему Миранде грозит опасность?

– А вы не понимаете? Теперь вы уже должны были бы знать… – Помолчав, он добавил: – Я только что узнал, что нашли труп.

– Какой труп?

– Труп в колодце.

– Красиво, – промолвила Миранда, оглядываясь вокруг.

Килтербери-Ринг был местной достопримечательностью, хотя его останки не пользовались особой известностью. Большую их часть разобрали много столетий тому назад, но кое-где еще торчали высокие камни эпохи мегалита – свидетельства давних ритуальных поклонений.

– Зачем им были нужны эти камни? – спросила Миранда.

– Для ритуалов. Ты ведь понимаешь, что такое жертвоприношение, не так ли?

– Как будто да.

– Жертвоприношения должны существовать. Это очень важно.

– Ты хочешь сказать, что это не наказание, а что-то другое?

– Конечно другое. Ты умираешь, чтобы другие жили, чтобы жила красота. Разве это не важно?

– А я думала, что…

– Да, Миранда?

– Я думала, что, может быть, жертва должна умереть, потому что из-за нее умер кто-то еще.

– Почему тебе пришло это в голову?

– Я думала о Джойс. Если бы я не рассказала ей кое-что, она бы не умерла, верно?

– Возможно.

– Мне было не по себе с тех пор, как ее убили. Я не должна была ей говорить, но мне так хотелось рассказать ей что-нибудь интересное. Она была в Индии и все время говорила о тиграх и слонах с попонами и золотыми украшениями. Раньше я про это не думала, но внезапно мне захотелось, чтобы об этом знал кто-нибудь еще… – Помолчав, девочка спросила: – Это… тоже было жертвоприношение?

– В какой-то мере.

Миранда задумалась.

– Еще не пора? – осведомилась она.

– Солнце еще не в том положении. Минут через пять оно будет падать прямо на камень.

Они снова умолкли, стоя рядом с машиной.

– Пожалуй, теперь пора, – сказал спутник Миранды, глядя на небо, где солнце клонилось к горизонту. – Какой чудесный момент! Вокруг никого. В это время никто не поднимается на вершину Килтербери-Даун, чтобы посмотреть на Килтербери-Ринг. В ноябре слишком холодно, и ежевика уже сошла. Сначала я покажу тебе двойной топор. Его вырезали на камне, когда эти люди прибыли сюда из Микен или Крита сотни лет тому назад.

Они подошли к самому высокому камню, рядом с которым лежал другой, упавший на землю, а чуть дальше виднелся еще один, казалось склонившийся под бременем веков.

– Ты счастлива, Миранда?

– Да. Я очень счастлива.

– Видишь этот знак?

– Это в самом деле двойной топор?

– Да, хотя он стерся от времени. Это символ. Положи на него руку. А теперь мы выпьем – выпьем за прошлое, будущее и красоту.

– О, какая прелесть! – воскликнула Миранда.

Спутник передал ей позолоченный кубок и налил в него из фляги золотистого цвета жидкость.

– Она пахнет персиками. Выпей, Миранда, и ты станешь еще счастливее.

Девочка понюхала содержимое кубка.

– Действительно, пахнет персиками. Смотри, солнце блестит, как золото. Здесь чувствуешь себя словно на краю света.

Мужчина повернул ее лицом к солнцу.

– Подними кубок и пей.

Рука Миранды все еще покоилась на полустертом знаке, высеченном на мегалитическом камне. Теперь мужчина стоял позади нее. Из-за наклонного камня выскользнули две фигуры и стали быстро подниматься по склону, но мужчина и девочка стояли на холме спиной к ним и не замечали их.