– Спасибо, вы проделали это великолепно. – С этими словами он вынул из кармана лоскуток и обтер им кровь с пальца. – Опыт полностью удался, – объявил торжественно. Взгляните-ка.

Но Джордж смотрел в окно.

– Простите, месье. Какой-то господин прикатил в большом автомобиле.

– Ах, ну, это, скорее всего, вспыльчивый мистер Виктор Аствелл! Спущусь познакомиться с ним, – и он поспешно вышел вон.

Голос мистера Аствелла раздался намного раньше, чем возник он сам. Из холла неслась отборная брань.

– Да потрудитесь же взглянуть, что вы делаете, идиот! Стекло в ящике, стекло! Черт подери, Парсонс, убирайтесь оттуда! Поставьте на пол, болван! Безмозглое животное!

Пуаро задержался на лестнице и спускался очень медленно.

С отменной вежливостью он поклонился великану, который и был Виктором Аствеллом.

– А вы здесь какого дьявола?..

Пуаро вновь поклонился:

– Меня зовут Эркюль Пуаро, мистер Аствелл.

– О, господи… Значит, Нэнси вас все-таки приволокла? – прорычал он.

Положив медвежью руку на плечо Пуаро, он почти втолкнул его в библиотеку.

– Так вы и есть тот самый тип, о котором столько шуму? Он бесцеремонно разглядывал маленького детектива с головы до ног. – Впрочем, не обращайте внимания на мои крепкие выражения. Шофер осел, а старый кретин Парсонс постоянно действует мне на нервы. Я плохо переношу дураков, месье Пуаро! Счастлив, что вы не относитесь к их категории, – уже более любезно закончил Виктор Аствелл.

– Те, кто думал обратное, впоследствии сожалели о своей ошибке, – спокойно произнес Пуаро.

– Так, так. Нэнси притащила вас сюда, потому что вбила себе в голову всякие дурацкие идеи относительно секретаря Рьюбена. Они ни в какие ворота не лезут! Трефузиус безволен, как тряпка. Убежден, он пьет одно молоко. Принципиальный противник алкоголя, видите ли. Ей-богу, вы только зря потеряете время.

– Когда наблюдаешь человеческую натуру, время никогда не тратится впустую, – миролюбиво заметил Пуаро.

– Что? Человеческую натуру? Ах, вот что! – Виктор взглянул не без иронии и небрежно развалился в кресле. – Я могу быть вам полезен?

– Разумеется. Если объясните повод к ссоре с вашим братом накануне его смерти.

Виктор Аствелл нетерпеливо мотнул головой.

– Это вовсе не относится к преступлению.

– Вы абсолютно убеждены?

– Естественно. Раз не имеет связи с Чарльзом Леверсоном.

– Леди Аствелл уверена, что сам Чарльз Леверсон не имеет связи с преступлением.

– Ах, эта Нэнси!..

– Парсонс непоколебимо стоит на том, что в ту ночь поздно вернулся домой именно Чарльз Леверсон, но он его не видел. Да, собственно, и никто не видел.

– В этом вы ошибаетесь, – сказал Аствелл. – Его видел я.

– Вы?!

– Ах, да все очень просто. Рьюбен здорово допек Чарльза, надо признать, что не без причины. Потом принялся за меня. Я выложил все, что о нем думаю, и, чтобы позлить, принял сторону Чарльза. Потом решил, что стоит повидать Чарльза этой же ночью, рассказать, чем все кончилось. Поднявшись в спальню, я не стал ложиться, оставил дверь приоткрытой и ждал его, покуривая сигару. Наши комнаты на третьем этаже соседние.

– Простите великодушно, что прерываю. А мистер Трефузиус тоже живет на третьем этаже?

– Да, – ответил Аствелл, – его спальня сразу после моей.

– Ближе к лестнице?

– Да нет, с другой стороны.

Странный огонек вспыхнул во взгляде Пуаро, но его собеседник ничего не заметил и спокойно продолжал:

– Как я вам уже сказал, я поджидал Чарльза. Входной дверью он хлопнул примерно без пяти двенадцать, но поднялся на нашу площадку только через десять минут. Едва взглянув на него, я понял, что бесполезно даже пытаться говорить с ним в этот вечер!

В ответ на его выразительный жест – щелчок по собственному горлу, Пуаро пробормотал:

– Понятно…

– Бедняге никак не удавалось держаться прямо, ноги у него подгибались. Тогда-то я объяснил это себе просто. Но, оказывается, дело было в том, что он только что совершил преступление!

Пуаро тотчас спросил:

– А никакого шума в этот момент из кабинета в башне вы не слышали?

– Да нет. Вы забываете, что я ведь был на противоположной стороне дома. Стены толстые, едва ли услышишь и выстрел из башни. Я спросил у Чарльза, не надо ли ему помочь? Но он ответил, что до постели доберется и сам. Вошел в свою спальню и хлопнул дверью. Я разделся и тоже лег спать.