– Конечно, прощу, - ответил я, а потом мрачно констатировал: - Ты страшный человек, потому что один твой взгляд, и я начинаю плавиться, как воск на солнце.

Встав на цыпочке, она преданно посмотрела на меня, и принялась целовать, давая понять, что не прочь вернуться в кровать. И хотя идея была заманчивой, я отстранился и произнёс:

– Нет, Майя. Не здесь и не сейчас. Я снял дом, и через два часа нас там ждут хозяева, а необходимо ещё заехать в магазин, и купить тебе продуктов. Приедем туда, и вот тогда...
– я многообещающе приподнял бровь и улыбнулся.

– Хорошо, - она ослепительно улыбнулась в ответ, и пошла переодеваться.

Через сорок минут мы уже выехали из города. В магазине у нас ушло чуть больше времени, чем я планировал, поэтому, когда мы оказались за пределами города, я прибавил скорость. Дорога петляла между живописных гор, то поднимаясь вверх, то опускаясь вниз и Майя, не отрываясь, смотрела в окно, восхищаясь местными красота.

– Прямо весёлые горки какие-то, - улыбнувшись, сказала она.
– И так красиво!

– Да, - согласился я, окидывая взглядом пейзаж.

Мы стали в очередной раз спускаться вниз, и я начал притормаживать, чтобы вписаться в поворот, и с ужасом понял, что тормозов нет. Сильнее вдавив педаль в пол, я надеялся, что всё не так плохо, но ничего не произошло, машина только ещё больше набрала скорость из-за спуска.

– Пристегнись, и держись, - скомандовал я.

– Что случилось?
– Майя тут же пристегнулась и стала оглядываться назад.
– Погоня?

– У нас машина без тормозов.

Майя бросила испуганный взгляд на меня, потом на дорогу, и к моему удивлению, вместо истерики, удобно устроилась в кресле и закрыла глаза.

– Тебе плохо?

– Нет, - совершенно спокойно ответила она.
– Я просто стараюсь расслабиться. По статистике чаще всего в катастрофах выживают те люди, которые в этот момент спали, то есть находились в расслабленном состоянии.

"В экстремальной ситуации никогда не истерит, не плачет, а делает всё возможное, чтобы выбраться из неё, а если спасение зависит не от неё, не мешает. Моя девочка!" - с гордостью подумал я, а вслух произнёс:

– Умница моя!

– Ищи "улавливающий карман", на горных дорогах их должно быть много, - не открывая глаз, произнесла Майя, а потом стала размеренно дышать.

Судя по всему, мы как назло проехали все подъёмы и начали спускаться в долину, из-за чего машина ещё больше набрала скорость, и на очередном повороте нас прилично занесло. "Это всё не просто так! Не могут у моей машины отказать тормоза! Скорее всего, кто-то надрезал тормозной шланг, и когда мы выехали на эту дорогу, я то набирал скорость, то притормаживал, и вытекла вся тормозная жидкость. Значит, Майе вынесли смертный приговор. Не смогли достать - решили просто убить. Я в любом случаи выживу, а вот она..." - дальше продолжать мысль не хотелось.

Полностью сосредоточившись, я не отрывал взгляда от дороги, чтобы чётко входить в повороты. Сейчас в моих руках находилась жизнь Майи. Я вдруг отчётливо понял, что если она сегодня умрёт, то вместе с ней умру и я. "Вернее умрёт моё сердце, а тело останется жить. Мне нужна именно Майя, и без разницы - вампир или человек. Главное, чтобы она была рядом".

Наконец-то я увидел "улавливающий карман". Бросив взгляд на спидометр, а потом на длину "кармана" я понял, что вряд ли мы так просто остановимся, но другого выхода не было.

Всё произошло в долю секунды - машина на скорости въехала в "карман", а когда мы достигли максимальной точки подъёма почти в девяносто градусов, она на секунду зависла в воздухе, а потом перевернулась на крышу. В этот момент полопались все окна, и нас засыпало осколками стекла, а машина стала скатываться вниз.

Автомобиль продолжал ещё скользить вниз, а я уже почувствовал запах крови в салоне. Отстегнув ремень безопасности, я потянулся к Майе. Она, как тряпичная кукла, нелепо болталась в воздухе, удерживаемая только ремнём, а из головы на крышу машины капала кровь. Внутри всё похолодело от ужаса. "Только бы она была жива! Только бы она была жива!" - без конца проносилось в голове.

Когда машина остановилась, я выбил ногой покорёженную дверь, выбрался из салона и, обежав вокруг, стал вытаскивать Майю.

К счастью, она оказалась жива. Усевшись на землю, я положил Майю к себе на колени и принялся осматривать голову. Кровь вытекала из раны чуть выше виска, и её было немного, но я не знал, какой силы она получила удар. "Может у неё внутричерепная травма. Люди так хрупки, что от меньшего могут умереть" - с ужасом подумал я и, достав платок, приложил его к ране.