Под мерное журчание рассказов Кузьмы, Игорь впадал в какое-то оцепенение, похожее и непохожее на сон. И в снах этих он шагал по колено в ледяной вонючей воде, вращая огромное неповоротливое колесо помпы, торил дорогу по смертельно опасным туннелям… Парень был благодарен неутомимому рассказчику за то, что не оставляет его один на один с грызущей душу безысходностью.

На четвертый день все переменилось. К лежавшему на нарах Игорю подошел Ланиста.

– Совсем припух тут, Аника-воин?? – спросил он язвительно.

Игорь отвернулся к стене.

Ему было безразлично, что еще придумал старик: выставить его против твари, с которой не справиться ни одному на свете бойцу на верную погибель или отправить в ледяные катакомбы на верную смерть. Да хоть бы и убить.

– Радуйся, – несколько обиженно продолжил Михаил Сергеевич, так и не дождавшись ответа. – Продал я тебя, неумеху.

Никакой реакции: Князев нашел для себя другой объект для наблюдения и теперь исследовал взглядом трещину на стене.

– И не интересно, кому? – веселое настроение Ланисты испарилось, как не бывало. – Может, на мясо тебя пустят, а?

– Слушай, – не выдержал Кузьма, с приходом старичка перебравшийся на свое место. – Не видишь, тошно парню!

– А ты заткнулся бы, бродяга, – ощерился Ланиста. – Самого-то кормлю только из жалости.

– А не корми, – буркнул Кузьма, с вызовом глядя на старика. – А от парня отстань. Добром говорю тебе – отстань.

– А то что?

– А ничего. Пока.

Кузьма демонстративно извлек из ножен свой клинок и принялся, сердито лязгая оселком по металлу, выводить глубокую забоину на лезвии. Остальные гладиаторы тоже прекратили свои занятия и неодобрительно уставились на старика.

– Собирай свои манатки, – прошипел он, Игорю, – и выметайся на все четыре стороны. У тебя теперь другой хозяин, пусть он с тобой и валандается.

Не говоря ни слова, Игорь собрал свои нехитрые вещички и направился мимо него к выходу: гладиаторы провожали его взглядами. Лишь на пороге он обернулся и попрощался с бывшими товарищами:

– Не держите на меня зла, ребята.

– Ступай с богом, – ответил за всех Кузьма. – И не поминай нас лихом.

Князев прошел мимо сделавших вид, что не видят его, охранников и оказался на улице.

– Стой! – догнал его Ланиста, требовательно протягивая руку ладонью вверх. – Жетон отдай!

Игорь вынул из-за пазухи жетон, дарующий льготы гладиаторам, сделал вид, что хочет положить его в протянутую руку, но в последний момент дал цепочке скользнуть меж пальцев, и металлическая пластинка упала в самую грязь.

– Подними! – рявкнул Михаил Сергеевич, но парень лишь нагло ухмыльнулся ему в лицо.

Тот сжал в бессильной злобе кулачки, поднес их к лицу парня, но не отважился его тронуть – рука Игоря лежала на гарде шпаги, а с ней он умел обращаться отлично и старичок это знал.

– Ну, я не гордый, – прошипел он, нагибаясь за жетоном. – Сам подниму… Только ты мне за это ответишь, щенок.

Старшина повернулся к нему спиной и зашагал к смутно маячащей впереди фигуре, подпирающей спиной стену. Вероятно, это и был покупатель.

– А брата своего теперь сам ищи! – крикнул ему старик. – И на том свете не забудь проверить!

– Брешешь! – ответил Игорь. – Ты там первый окажешься, сам и убедишься!

Игорь и его «покупатель» сидели в том самом достопамятном кафе, где якобы подавали человечину. Лицо Меченого, так звали нового хозяина Игоря, пересекал уродливый шрам, начинавшийся на лбу и заканчивавшийся на подбородке. Перед ними на грубо сколоченном столе стояли дымящиеся тарелки и керамические кружки с пивом.

– А это правда, что тут людей скармливают посетителям? – поинтересовался Игорь, с сомнением глядя исходивший жиром аппетитный кусок мяса.

– Кто тебе такую глупость сказал? – вылупился на него одним глазом Меченый.

Его второй, мертвый глаз, смотрел надменно и холодно.

– Да вы же в прошлый раз и орали, что, мол, человечиной вас кормят.

– Сто раз, наверное, говорил уже: никаких вы. – Меченый подцепил на кончик ножа кусочек мяса и отправил его в рот. – Мы, наемники, все равны. Все на ты. На вы – это к нанимателям нашим, да со всем политесом. Они, скоты, это любят. Самим-то ручки белые, холеные, замарать впадлу, вот нас, черную кость и посылают свое дерьмо разгребать. И чужое тоже. И вот еще…

Он надолго замолчал, сосредоточенно разжевывая жилистый кусок – зубов у него, как уже успел заметить Игорь, была большая нехватка. Парень уже не чаял дождаться продолжения, когда Меченый, отхлебнув из керамической кружки добрый глоток пива, завершил свою мысль:

– Усвой три заповеди наемника. Первая такая: коли тебе заплатили, то задачу надо выполнить. В лепешку расшибись, кровью перхай, а выполни. Таков уж у нас кодекс чести.

– Драться за деньги – чести мало, – заметил Игорь.