Вскоре, однако, его улыбка погасла: над дверью он разглядел выцветшую, но все еще сохранившую следы изящной резьбы деревянную маску – знак того, что в доме проживает некто, не чуждый магии.

– Мне следовало сразу догадаться! – тряся головой, воскликнул кендер. – Вряд ли Тика и Карам он живут здесь. Правда, тот бездельник сказал... Ох.

Обходя вокруг толстенного ствола дерева, он заметил небольшое строение, затерявшееся среди вымахавших в человеческий рост сорняков и скрытое тенью могучего ствола. Судя по всему, дом, напоминавший скорее сарай-переросток, был выстроен как временное жилье, однако теперь он стал жильем постоянным. «Если бы дом мог иметь несчастный вид, – подумал Тассельхоф, – это был бы тот самый случай. Ишь как его перекосило...»

И действительно, фасад провалился и как бы нахмурился, краска потрескалась и облупилась. Несмотря на это, на окнах белели чистые занавески, а на подоконниках стояли в горшках заботливо ухоженные цветы. Кендер вздохнул. Так вот каков он, дом Тики, выстроенный в тени ее мечты.

Приблизившись к домишку, он остановился у дверей и прислушался. Внутри явно происходила какая-то нешуточная битва. До слуха кендера доносились тупые удары, звон железа и разбиваемой посуды, невнятные крики и шлепки.

– Я думаю, тебе лучше подождать здесь, – обратился кендер к самоходной куче тряпья.

Его спутник согласно хрюкнул и с удобством устроился на грязной дороге прямо напротив дома. Тас неуверенно взглянул в сторону странного существа, но что-то подсказало ему, что так, пожалуй, лучше. Пожав на всякий случай плечами, кендер взялся за ручку двери и, повернув ее, шагнул вперед, довольно самонадеянно решив, что дверь сейчас откроется и он войдет. Не тут-то было. Он довольно болезненно ткнулся носом в дверь, которая оказалась заперта изнутри.

– Странно, – отступая назад, вслух проговорил кендер. – О чем только Тика думает, хотел бы я знать?! Запирать двери, фи! Какое варварство, какая дикость.

Судя по всему, заперто на засов... А ведь я уверен, что о моем приезде сообщено заранее!

Он мрачно уставился на дверь. Невнятные крики и вопли продолжали доноситься изнутри, и кендеру показалось, что он узнал глубокий баритон Карамона.

– Интересные, однако, звуки я слышу. – Тас огляделся по сторонам и тут же просиял. – Окно! Ну конечно...

Он поспешил к окну, но обнаружил, что оно также закрыто.

– От Тики я этого никак не ожидал, хотя людское племя славится негостеприимством, – обиженно пробормотал Тассельхоф себе под нос.

Рассматривая замок, он увидел, что защелка довольно простая и ее можно открыть без особого труда. Он тут же полез в сумку с инструментами и достал оттуда отмычку – устройство, пользоваться которым кендеры начинают раньше, нежели делают первые самостоятельные шаги. Вставив ее в замок, Тас ловко повернул стальной прутик и с удовлетворением услышал негромкий щелчок.

Счастливо улыбаясь, он распахнул створки окна и забрался внутрь, бесшумно соскочив с подоконника на пол. Выглянув наружу, он увидел, что спутник его с упоением возится в грязи.

Это зрелище успокоило кендера, и он принялся изучать комнату, в которую попал, подмечая острым глазом каждую мелочь и трогая все вещи быстрыми ловкими пальцами.

– Ну разве это не интересно! – говоря сам с собой, кендер постепенно приближался к двери, из-за которой слышался шум борьбы. – Пожалуй, Тика не станет возражать, если я тут кое-что посмотрю. Я все поставлю на место.

Предмет, который он держал в руках, словно сам собою оказался в подвешенном к его поясу кошельке.

– А эта штука? Хо-хо! Да она с трещиной! Надо будет указать на это Тике!

Треснутая «штука» мгновенно оказалась в его кармане.

– А что здесь делает это блюдечко для масла? Я уверен, что Тика обычно держит его в кладовке. Нужно будет посоветовать ей убрать его на место.

Блюдечко для масла исчезло во втором кошельке. Незаметно для самого себя кендер приблизился к двери. Повернув ручку (он поблагодарил Тику за то, что она не заперла и эту дверь), Тас вошел в соседнее помещение.

– Привет! – весело сказал он. – Вы про меня не забыли? Ха! Как это забавно! Можно, я тоже поучаствую? Дай мне что-нибудь такое, что я тоже мог бы в него запустить, Тика. Эй, Карамо-он!

Тас находился в спальне и теперь подходил к сундуку, рядом с которым стояла Тика. В руке она сжимала нагрудную пластину от доспехов, и на лице ее было написано крайнее удивление и замешательство.

– Что это с тобой случилось, деточка? Ты выглядишь ужасно, просто ужасно!

Объясни-ка, почему мы должны бросать в Карамона разное железо? – спросил кендер, подбирая с пола тяжелую плетеную кольчугу и поворачиваясь к Карамону, который укрылся за кроватью. – Как часто вы это проделываете? Я слыхал, что супружеские пары занимаются бог знает чем, когда остаются наедине, но о столь изысканном развлечении я не знал...