— Моргана…

Дрожащая рука прикрыла хранящуюся внутри тайну.

— Что с тобой? Ты поранился?

— Ничего. — Он дотронулся до бинта. — Чепуха. Машина развалилась. Твоя мать чем-то смазала. Голову, я имею в виду.

— Мама? — Взгляд обратился вдаль, к башням замка. — Ты ее видел?

— И прочих. — Нэш выдавил улыбку, забормотал, захлебываясь, не в силах остановиться: — Это что-то. Фактически я свалился в канаву буквально в паре миль от замка. Там встретил твоего отца. Меня привели на кухню, напоили чаем… Черт побери, не знал, куда ты подевалась. Следовало догадаться. Сама рассказывала, что в плохом настроении едешь в Ирландию, бродишь по берегу. Должен был сообразить. Многое надо было понять самому.

Моргана ухватилась за камень. Ноги ослабли от смертельного страха перед дальнейшим.

— Долгий путь проделал.

Она пошатнулась.

— Приехал бы раньше, да… Эй! — Он рванулся вперед, подхватил ее, невыносимо хрупкую в его руках.

Впрочем, она с силой его оттолкнула:

— Не надо.

Не обращая внимания, Нэш прижал ее к себе, зарылся лицом в волосы, впитывая запах, как воздух.

— Ради бога, обожди минуту, дай обнять тебя…

Она тряхнула головой, но предательские руки уже крепко вцепились в него, с губ сорвался не протестующий, а жадный стон. Он приник к ним, как умирающий от жажды к холодному, чистому роднику, зашептал, осыпая лицо поцелуями:

— Молчи… Не говори ни слова, пока я не скажу то, что хочу сказать.

Вспомнив все уже сказанное, она вырвалась:

— Не могу еще раз это выслушивать. Не хочу.

Он схватил ее за запястья с пламенным взглядом.

— На этот раз никаких стен, Моргана. С обеих сторон. Дай слово.

Хотела отказать, но под этим взглядом снова лишилась сил.

— Даю. Пусти, я сяду.

Он отпустил ее, решив не прикасаться, пока не распутает собственноручно спутанный клубок. Когда она села на камень, сложила на коленях руки, вздернула подбородок, вспомнил, что серьезно собрался убить ее.

— Как бы плохо ни было, ты не должна была убегать.

Глаза сверкнули, расширились.

— Я?

— Ты. Возможно, я полный болван, но нельзя из-за этого так меня мучить. Не подумала, что со мной будет после твоего исчезновения?

— Значит, я виновата.

— В том, что я обезумел в последнее время? Ты. — Он выдохнул сквозь зубы. — Остальное плод моей фантазии. — Воспользовавшись моментом, протянул к щеке руку. — Прости.

Пришлось отвернуться, чтобы не заплакать.

— Не могу, не зная за что.

— Так и знал, что заставишь меня пресмыкаться, — мрачно выдавил он. — Хорошо. Прости за все глупости, которые я наболтал.

Она чуть улыбнулась:

— За все?

Нэш, потеряв терпение, рывком поднял ее:

— Посмотри на меня, черт возьми. Смотри в глаза, когда я признаюсь в любви. Знаю, не было никаких чар и заклятий. Только ты и я.

Моргана закрыла глаза, и на него нахлынула паника.

— Не отвергай меня. Понимаю, что я наделал. Понимаю, каких глупостей натворил. Боялся. Умирал от страха, черт побери. Пожалуйста, открой глаза, посмотри на меня. — Глаза открылись, и он вздохнул с облегчением. Кажется, еще не поздно. — Первым делом прошу прощения за сказанное. Могу заверить, я этого не хотел, просто думал тебя оттолкнуть, но не в том суть. Что сказал, то сказал.

— Понимаю твои опасения. Если тебе нужно прощение, ты его получил. Зачем отказывать?

— И все? Не превратишь меня в камбалу на три-четыре года?

— За первое не превращу. — Надо найти легкий, дружеский тон. — Ты устал, долго ехал. Может, вернемся в дом? Ветер крепчает, пора чай пить.

Он удержал ее:

— Я люблю тебя. Никогда никому еще этого не говорил. В первый раз тяжело, но, по-моему, дальше легче пойдет.

Она вновь отвела глаза. Мать увидела бы тут намерение увильнуть от ответа, Нэш принял за отказ.

— Ты тоже говорила, что любишь меня. — Пальцы напряглись, а голос охрип.

Она взглянула на него:

— Говорила. И повторяю.

Он схватил ее, стиснул, уткнулся лбом и с восторженным изумлением вымолвил:

— Как хорошо… Даже не знал, черт возьми, как хорошо любить и быть любимым! Давай начнем сначала. Я, конечно, не подарок, наверняка что-то испорчу, напутаю. Не привык, чтобы рядом со мной кто-то был. Но отдам тебе все, что имею. Клянусь.

Моргана застыла:

— Что?

Он отступил на шаг, снова занервничал, сунул руки в карманы.

— Пожалуйста, выходи за меня замуж. Вроде того.

— Что значит «вроде того»?

Нэш молча выругался.

— Слушай, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Не умею делать предложение. Если надо поставить декорации, пасть на колени, держа кольцо в кармане, все сделаю. Но… люблю слишком сильно. Не догадывался, что на это способен. Позволь доказать.

— Мне не нужны декорации. Все может быть очень просто.