Да уж. Можно было ожидать чего угодно. Только не этого…

Пока добирались, воображение рисовало мне что-то вроде гигантской арки, упирающейся в небеса. За аркой – обязательно, клубящийся, будто оживший туман. И где-то вдали, сквозь языки тумана – проблески молний. Чей-то тоскливый, леденящий душу вой…

– Однако, – Падла озадаченно сдвигает на затылок ушанку.

Реальность оказалось куда смелее самых рискованных фантазий. Поляна посреди дремучего леса. Посреди поляны – некое ветхое сооружение, более всего подходящее под расхожий термин „избушка на курьих ножках“. Гордая, хотя слегка покосившаяся вывеска аршинными буквами: „ЛАБИРИНТ МУДРОСТИ“.

Приблизившись к избушке, мы обнаруживаем на вывеске добавление мелким шрифтом: „Рекомендовано Министерством Высшего и Среднего Образования Российской Федерации“.

– Ну знаете ли, – бормочет Жирдяй.

И только Маньяк не теряется:

– Избушка, избушка! Стань к лесу задом, ко мне передом!

– И где ты видишь у нее зад? – меланхолично замечает Жирдяй.

Однако волшебная фраза все-таки оказывается действенной. Сооружение начинает двигаться с жутким треском и скрипом. И мы торопливо отскакиваем назад. „Куриные ножки“ заплетаются как от злостного перепоя и хлипкая конструкция грозит рухнуть на головы докучливых посетителей.

Впрочем всё заканчивается благополучно. Перед нами – небольшое крылечко, нависающее над землей, и запертая дверь.

– Ну, и что дальше? – иронически щурится Дос.

Долго ждать не приходится. Низкая дверца распахивается и на пороге… Нет, увы, не Дибенко. Хотя, кого же еще можно обнаружить в этакой избушке?

– Ох, чую, чую русским духом запахло!

– Шолом, бабушка, – вежливо здоровается Жирдяй.

Старая карга замолкает, видимо слегка потрясенная таким приветствием. Наконец вновь обретает дар речи:

– С чем пожаловали, добры молодцы? Хотите познать Мудрость великую?

– Это уж точно, бабуля, – кивает Падла.

– Тогда ждут вас испытания тяжкие, испытания суровые…

– Короче, Склифосовский! – нетерпеливо перебивает Жирдяй. И Яга бросает на него свирепый взгляд. Наверное колеблется – сразу обратить наглеца в камень или все же приготовить его в собственном соку, чтоб добро не пропадало.

– Ступайте, за мной, молодцы, – сквозь зубы бормочет ведьма.

Поднимаемся на покрытое зеленым мхом крыльцо, входим…

Слабый свет, едва проникает сквозь затянутое паутиной грязное окошко. Внутри – сумрак… Вдоль стен – полки с непонятным, должно быть колдовским инвентарем. Маньяк спотыкается и опрокидывает ступу, торопливо извиняется. Он косится на главную деталь внутреннего интерьера – печку с огромным зевом. Ту самую… М-да, что-то мрачновато здесь…

И только на Жирдяя здешняя обстановка никак не действует:

– Бог, ты мой, что за халтура! – искренне удивляется он, разводя руками, – Честно говоря, я был о Дибенко лучшего мнения!

Толстяк хозяйски прохаживается по комнате, щупает магический инвентарь и презрительно морщится:

– Китч! Дешевка!

Яга наблюдает за ним, мрачно насупившись, и вдруг говорит – спокойно так, почти ласково:

– Знаешь, что, добрый молодец… А полезай-ка ты в печь!

Жирдяй хихикает:

– И это всё, на что хватает фантазии у дибенковских программистов?

Он наклоняется и пытается заглянуть под длинную ведьмину юбку:

– А нога – действительно костяная?

Определить он не успевает, потому что Яга вдруг топает этой самой ногой и в печке вспыхивает жаркое пламя.

– Полезай в печь! – сурово повторяет ведьма, тыкая в Жирдяя крючковатым пальцем.

Толстяк отступает, иронически щурясь:

– Виноват, не умею. Покажите как… тогда и я с удовольствием…

– Не умеешь – научим, не хочешь – заставим, – бормочет Яга и щелкает пальцами.

Жирдяй ухмыляется, но уже через мгновенье его ухмылка тает:

– Ой…

Неведомая сила приподымает толстяка над полом и неудержимо тащит в огнедышащий зев печки.

– Э-э! А как же мудрость? Я еще слишком молод!

– Умного учить – только портить, – зловеще улыбается Яга, снова щелкает пальцами и Жирдяй с воплем влетает в раскаленное нутро печки. Дос успевает схватить его за ноги, но не удерживает и сам проваливается следом, прямиком в гудящее пламя…

– Ну, добры молодцы, кто следующий? – ухмыляется ведьма, окидывая нас пронзительным взглядом.

В горле у меня пересыхает. То ли от жара печки, то ли еще от чего… Вот значит, как он решил с нами разобраться. Дешево и сердито… Я вспоминаю, что всего полчаса назад собирался посчитаться с Дибенко за эту дурацкую телеграмму… Господи, какие мы наивные дураки. Пикнуть не успели, а уже нет двоих… Главное правило, когда имеешь дело с шулером – не садись играть…