— Несомненно, — усмехнулся Нито.

Калли поднялась, стоя выпила водку, покачнулась.

— Станцуй нам, Калли, — попросила Мария.

С падающими на щеки седыми патлами, Калли изобразила нечто, напоминающее танец.

— Потому-то отец Страттон и приезжал к нам сегодня, — пробормотала миссис Уобурн.

Алессандро вздохнул.

Калли без сил упала на стул, словно танцевала всю ночь.

— Почему? — спросил Ездок.

Миссис Уобурн поправила лежащую на коленях сумочку.

— Чтобы предупредить нас.

Миссис Уобурн ничего о себе не рассказывала.

Рафаэль не мог точно вспомнить, когда и как появилась она в Моргантауне, сообщив о себе лишь одно: «Я — миссис Уобурн». На вопросы, как ее имя, вдова ли она, жена, разведенная, есть ли у нее дети, родственники, работала ли она, сидела ли в тюрьме, следовал тот же ответ: «Я — миссис Уобурн». И более никакой информации о ней самой и ее месте в окружающем мире.

И она всегда носила с собой маленькую сумочку с бронзовой защелкой наверху. Никто не видел, чтобы она открывала сумочку, заглядывала внутрь, что-то из нее доставала.

Никто, правда, не видел, и чтобы миссис Уобурн взяла в рот каплю спиртного.

— Он говорит об этом каждый раз, приезжая сюда, — напомнил Алессандро.

— На этот раз он говорил очень серьезно. Этого хотят городские власти.

— Ты сегодня ездил в церковь в Биг Драй Лейк к отцу Страттону? — спросил Рафаэля его отец.

— Да.

— Он отпустил тебе грехи?

— Да.

— Настроение у тебя улучшилось?

— Да, улучшилось.

— Хорошо молодым, — вздохнул отец Рафаэля. — Они могут делать все, что им заблагорассудится.

— Отец Страттон сказал, что городские власти настроены решительно, — вновь подала голос миссис Уобурн.

— Они всегда настроены решительно, — отмахнулся Алессандро.

— Они снова починили забор, новый управляющий получил оружие и приказ стрелять по тем, кто проникает на его территорию.

— Вот он и подстрелил Нинья, — кивнул отец Рафаэля.

Откинув голову на спинку стула, старуха Калли затянула «Синюю луну».

Слезы выступили на глазах отца Рафаэля.

— Что же нам делать?

— Уезжать, — ответил Рафаэль.

Алессандро пристально посмотрел на него, потом на Ездока, миссис Уобурн, Нито и, наконец, на отца Рафаэля.

Старуха Калли продолжала петь. Мелодичностью голоса она славилась на весь Моргантаун.

Рафаэль переступил с ноги на ногу.

— Надо уехать отсюда.

— Автобус придет за нами поутру и отвезет в аэропорт, — хмыкнул Алессандро. — Мы полетим в столицу, где нас всех покормят. А потом специальным рейсом отправят в Париж, во Францию.

— Хотелось бы мне иметь мотоцикл, — рассмеялся Ездок.

— У нас дети, — напомнил отец Рафаэля. — Рок, Тита, Джаз, Сэмми…

— Мы не сможем добраться даже до Биг Драй Сити, — поддержал его Алессандро.

— Маленьким… — начал отец Рафаэля.

— Я серьезно, — перебил его Рафаэль.

— И мы не шутим, Рафаэль, — ответила Мария. — Если мы не сможем кормиться на свалке…

— А почему не сможем? — переспросил ее отец Рафаэля. — Эта земля принадлежала Моргану…

— Они боятся, как бы мы случайно не зашиблись на свалке, — напомнил Алессандро. — А потому и стреляют в нас.

— Я все-таки пришью этого парня, — пробормотал Ездок.

— Пора уходить, — Рафаэль поставил пустой бумажный стаканчик на одну из коробок.

Но не сдвинулся с места. И постепенно все повернулись к нему.

— Пора уходить, — повторил он и направился к двери.

— Сегодня я переговорила с твоим братом, Луисом, насчет того, чтобы он свозил нас на гонки, если сам поедет туда. Теперь, когда у тебя есть работа, мы сможем оплатить проезд.

Рафаэль ничего не ответил жене.

Когда он вернулся к фургону, Рита велела ему снять джинсы.

— Ты весь в крови Нинья. Завтра я постираю их и твою новую рубашку, чтобы в четверг ты поехал в город во всем чистом.

Пока Рафаэль переодевался, она сделала сандвичи с ливерной колбасой и положила в стаканы с водой из ручья по ложке растворимого чая.

Потом они сели на ступеньках, ведущих в их домик на колесах.

Надевать башмаки Рафаэль не стал.

— Завтра я попробую поджарить большую индейку.

— Хорошо, — кивнул Рафаэль.