Но и когда русский подводный крейсер вышел наконец в котловину Нансена, идеально выверен­ные расчеты штурмана Строгова пошли прахом. Там русскую субмарину поджидала засада сразу из двух многоцелевых АПЛ: американской «Лос- Анджелес» и британской «Аститьют».

Началась многосуточная, выматывающая душу игра в «кошки-мышки» в непроглядной толще хо­лодного океана. Субмарины рисковали напороться на айсберг, разбиться о подводную гору или стол­кнуться во мраке друг с другом. Только опыт капита­на русского подводного корабля, талант штурмана, стальная воля старпома и слаженные действия эки­пажа помогли все же оторваться от преследования. Сейчас атомный подводный авианесущий крейсер ТК-20 «Северсталь» крался на глубине в четверть километра в подводном ущелье. По кораблю был объявлен режим «тишина». Оба громадных винта в кольцевых обтекателях-фенестронах были засто­порены. Работали только сверхмалошумные водо­метные движители, да и то — вполсилы.

— Пойми меня, Ваня, приказ есть приказ! Мне приказано доставить больного на материк — и точка!

— Но — женщина на корабле!!! — Иван Сергее­вич Смолин, пожалуй, впервые за многолетнюю, полную опасностей службу на подводных лодках был так растерян и озадачен.

— Да тише ты, е мое!.. Еще услышат... И, това­рищ капитан 2-го ранга, извините, что командо­вание не поставило нас в известность по поводу половой принадлежности пациента!

— Баба на корабле... — сокрушенно повто­рил старпом, хранитель традиций, хозяин кают- компании подводного крейсера русского фло­та. — Ну, теперь ясно, почему мы еле от эсминцев ушли и сейчас третьи сутки здесь маринуемся... Все в цвет! Чего еще ждать?..

— Да не каркай ты, не гневи Нептуна! Заладил: «баба, баба»! Так что ж мне теперь, ее через тор­педный аппарат выбросить?!

Тираду командира подлодки прервал осторож­ный стук в дверь каюты.

— Черт! Да, войдите.

— Разрешите, товарищ капитан 1-го ранга? — В проеме двери стоял капитан Игорь Чайка.

— Что случилось?

— Товарищ капитан, мне нужно к офтальмоло­гу на обязательную проверку зрения, а его нет.

Поскольку зрение во время подводного похода снижается из-за того, что практически все время люди проводят в замкнутом пространстве отсеков, для летчиков были созданы специальные тренаже­ры, тренировки на которых поддерживали высо­кую остроту зрения. А в экипаже подводных атом­ных авианосцев, кроме обычного корабельного врача, был еще и специалист-офтальмолог. Про­верки зрения каждые трое суток по корабельному времени были для летчиков обязательными.

— Иди к Доку, он скажет, где твой офтальмолог.

— Есть!

— Да не шуми ты...

— Я тот самый пациент, которого вы должны доставить в Мурманск.

— О, господи... Женщина на корабле...

— Да что вы все заладили: «Женщина на ко­рабле!» Можно подумать, что я не человек вовсе! Мужланы! — Девушка резко поднялась и тут же схватилась за живот. — Ой, больно...

Игорь подхватил девушку на руки и усадил об­ратно.

— Что случилось? Чем я могу помочь?

— Швы болят, мне недавно аппендицит выреза­ли, врачи говорят, были осложнения... Но спасибо за готовность помочь. — Девушка улыбнулась. — Александра Каширина, — представилась она.

Летчик поцеловал изящную ладошку.

— Извините, что сразу не представился. Капи­тан ВВС Игорь Чайка.

— Вы летчик? А что вы делаете на подводной лодке?

— Летаю, — улыбнулся Игорь. — Ну, вот так и выдают военные тайны!

Девушка рассмеялась:

— Так вы и есть те самые секретные «подвод­ные летчики»! Я вас совсем иначе представляла.

— А я вот и представить не мог, что познаком­люсь с девушкой на подводной лодке, да еще и в открытом море. А как вы, такая хрупкая и нежная девушка, попали на суровый север?

— Я специалист по автоматизированным си­стемам управления, АСУ ТП, буровых установок и подъемно-транспортного оборудования. В ко­мандировку приехала, наша фирма ведет налад­ку нового командно-управляющего комплекса на новом нефтяном месторождении неподалеку от Баренцбурга. А тут вот аппендицит прихватил, да еще, как мне сказали, с осложнением...

— Саша, не волнуйтесь, Григорий Семенович — отличный врач, и вы под надежным присмотром. Но я все-таки удивлен, что девушка работает в тра­диционно мужской сфере деятельности. Так и вижу вас, Саша, в каске, рабочем комбинезоне и мон­тажном поясе, карабкающейся на буровую вышку с огромным гаечным ключом, — сказал Игорь с улыбкой.

Ну что вы, Игорь, — рассмеялась девушка. — Я же программист и не карабкаюсь по вышкам с гаечными ключами.

Хлопнула дверь каюты.

— Так, а что это у нас за «хи-хи», — прищу­рившись, спросил хозяин каюты.

— Виноват, товарищ капитан 3-го ранга! — Игорь Чайка вскочил с кушетки и вытянулся по стойке «смирно», при этом ударившись головой о шкафчик с медикаментами и различными ме­дицинскими инструментами. — Я зашел спросить вас: когда у летного состава проверка зрения?

— Осторожнее, молодой человек, берегите го­лову. Хотя я вижу, вы ее потеряли после общения с моей милой пациенткой. А на проверку зрения подходите хоть сейчас. Игорь Львович, ваш оку­лист вернется сейчас из кают-компании.

— Спасибо. Григорий Семенович, мы сейчас придем. До свидания Саша, выздоравливайте.

— Вот так все тайное становится явным, — констатировал доктор. И посмотрел на смутив­шуюся пациентку.

* * *

Больше скрывать от команды прекрасную па­циентку смысла не имело. Но Александра Каширина сумела так себя повести, что стала как бы сестрой всей команде атомного подводного крей­сера, мягко, но решительно пресекая все попыт­ки мужского коллектива перейти к более близким отношениям. К чести офицеров и матросов под­водной лодки, они тоже отнеслись к такой дели­катной ситуации с пониманием.