— Саша, а как ты думаешь, это все еще долго продлится?

— Не знаю, Катя, — тяжело вздохнула девушка.

Александра Каширина прилетела из Мурманска

уже на следующий день, после того как Игорь ушел в очередную «автономку». У девушки еще оставалась пара дней отпуска, но она справедливо решила, что работа хоть немного отвлечет от разлуки с любимым.

Но в последнее время на Архипелаге Шпиц­берген было неспокойно. США, да и другие север­ные страны, наплевав на все соглашения о «мир­ной Арктике», развернули здесь свои военные флоты. На самом Западном Шпицбергене был введен комендантский час, а все важные объекты в норвежской части острова контролировались норвежскими Морскими егерями и подразделе­ниями элитного полка «Финмарк», специально созданного для боевых действий в условиях Край­него Севера. Спецназ спешно перебросили сюда военно-транспортными «Геркулесами». В аэропор­ту Лонгъир теперь базировались истребители F-16 и боевые вертолеты.

А вот русские граждане остались беззащит­ными. Хотя формально норвежские военные и гарантировали безопасность, лучше было бы, если бы граждан России защищали русские сол­даты.

* * *

В штабе Краснознаменного Северного флота шло напряженное совещание. Здесь собрались практически все высшие офицеры. Час назад сюда прибыл «спецборт» Президента России и Верхов­ного Главнокомандующего.

И теперь он лично выслушивал мнения адми­ралов и генералов.

— Я считаю, что нужно было прорываться к Шпицбергену любой ценой! — рубил воздух ладонью начальник штаба флота.

— И какова была бы эта цена?

— При поддержке атомных подводных лодок, больших противолодочных кораблей и авиации это стало бы возможно!

— И что? По уровню потерь этот «прорыв» мог бы сравниться с печально известным про­рывом адмирала Трибуца в августе сорок перво­го. Тогда он за двое суток потерял более семи­десяти кораблей и судов на переходе из Таллина в Кронштадт! А ведь нужно еще и охранять север­ные морские рубежи России, наши национальные экономические зоны, шельфовые месторождения нефти и газа. Иначе новая интервенция нам га­рантирована.

— Мы все прекрасно знаем историю, — пре­рвал спор Командующий Северным флотом.

— Так вот, рейд наших эсминцев был всего лишь разведкой боем.

— Ничего себе разведка! — не выдержал кто-то из офицеров. — Утопили фрегат и тяжело повре­дили эсминец.

— И чуть было не были уничтожены подвод­ными лодками и малыми ракетными катерами, — рассудительно напомнил заместитель по боевой подготовке.

— Хорошо, что вы предлагаете? — негромко спросил слушавший военных Верховный Главно­командующий.

— Использовать для прорыва к Шпицбергену атомные подводные авианосцы ТК-17 ТК-20 «Се­версталь» и ТК-17 «Архангельск». Экипажи там слаженные, а Вячеслав Славин к тому же все под­водные скалы в том районе излазил и все лазейки знает как никто другой. И экипаж у него боевой. Так что справятся.

— А надводные корабли?

— Нет, однозначно нет. Тяжелый атомный ра­кетный крейсер «Адмирал Нахимов» и авианесу­щий «Адмирал Кузнецов» пусть остаются в сво­ем районе боевого патрулирования. Действовать нужно осторожно и — наверняка. И вот только тогда появится шанс использовать наши крупные надводные силы.

— Ну, допустим, удастся им скрытно пройти сквозь завесу кораблей и подводных лодок США, Англии, Норвегии и еще, виноват — черт знает кого! Но дальше-то что?..

— А вот это самое интересное...

Выслушав предложение офицера, Верховный Главнокомандующий согласно кивнул:

— Действуйте!

* * *

Командир атомного подводного авианосца ТК-20 «Северсталь» Вячеслав Славин получил но­вый приказ: максимально скрытно выдвигаться в район с заданными координатами и ждать. Чего ждать, как всегда, неизвестно.

На лодке был объявлен режим «тишина». Ги­гантские гребные винты в кольцевых насадках- фенестронах были остановлены, а вместо них заработали водометные движители. Подводный авианосец осторожно лавировал в водной толще, в то время как гидроакустики напряженно вслу­шивались в загадочные шумы моря. Путешеству­ющая во мраке подводной и подледной бездны лодка сама сейчас напоминала тень, настолько неслышной была ее осторожная «поступь».

А в центральном посту штурман Строгов вел навигационные расчеты, корректируя курс. Рус­ский подводный авианосец сейчас шел к Шпиц­бергену по самому краю Лофотенской котлови­ны, оставляя по левому борту подводный хребет Мона. И вскоре «Северстали» придется сделать то, чего так не хотел штурман Строгов, — поки- нуть спокойную глубину океанической котлови­ны и выйти вплотную к мелям Шпицбергенской банки, на глубины не более двухсот метров. Там гигантский атомоход будет лишен возможно­сти энергично маневрировать. К тому же сверху подводной лодке постоянно угрожали не только противолодочные фрегаты и эсминцы НАТО, но и «белые бродяги» — айсберги. Ледяная скала, за­частую размером с небольшой остров, на две тре­ти скрыта водной толщей и вполне способна рас­пороть толстую шкуру «Акулы» 941-го проекта...

Но все же точно в назначенное время подвод­ный атомный авианесущий крейсер ТК-20 «Се­версталь» прибыл в назначенную точку рандеву, чтобы встретиться со своим могучим «собратом» — подводным авианосцем ТК-17 «Архангельск». А над ними, ничего не подозревая, бороздили волны ан­глийские эсминцы и фрегаты боевого охранения вместе с канадскими боевыми кораблями и ледо­колами обеспечения. Величаво, с истинно англий­ским аристократизмом прошел атомный ударный авианосец «Квин Виктори» вместе с многоцелевым авианосцем «Инвизибл». У подводника до мозга костей Вячеслава Славина аж под ложечкой за­ныло — садануть бы сейчас по ним самонаводя­щимися дальноходными торпедами повышенной мощности — и делу конец! А еще можно исполь­зовать ракеты с подводным стартом через торпед­ный аппарат...