Турниры… Я говорила о турнирах.

Два – один. Наверно, это всё же – неплохо? Как думаете?

Глава Тридцать Четвертая

***

И снова воскресенье. И снова мы едем на ПТБ.

Я пытаюсь…

Честно, я пытаюсь радоваться тому, что со мной происходит.

Н-но… не всё выходит так, как хочешь.

…

– Светик, я конечно рада за тебя, но, может, сначала вы карту посмотрите? А уж потом…

– Лера, клятвенно обещаю… через час вернуться на базу и изучить…

– Света, Света.

– Прости, котик. И пойми меня… Прошу. Прости, - и мышей умчала в дом, к своему Юрику.

Коза…

Хех.

И что мне остается? За остальными – в лес… и на ощупь, на «авось» выискивать пути прохода к базе врага.

***

Черт. Устала, устала…. Но не физически, нет. Не физически – морально…

Устала грустить, страдать,

жить…

Плюхнуться попой на мягкий мох, поджать коленки к груди – и замереть так. Замереть – а лучше покачиваться из стороны в сторону, убаюкивая сознание…

Надоело, Боже, как же надоело играть роль «героя беззаботной, веселой жизни».

Нет больше сил. Черт! НЕТ!

– Привет, - от неожиданности меня дернуло на месте. Резкий разворот – не послышалось, не привиделось, не причудилось… Рядом со мной (за высоким подлеском, густыми кустами) стоял парень.

Резкие шаги – и подошел ближе.

… присел рядом, на корточки. Лицом к лицу…

– Что-то случилось? Тебе плохо? – взволнованный голос… будоражил сознание, опровергая миражность видения.

Резкие движения – и стащил с себя каску (на ремешках оставил висеть на шее).

Не могу еще понять,

Перебираю предположения - почему он меня не застрелил, как только увидел.

Милая, нежная улыбка,

пристальный, заботливый взгляд…

зеленых, изумрудных глаз, с глубиной, с размером души.

Ангел… Боженька, ты ко мне спустил своего Ангела?

Молчу, молчу, как дурочка, все еще разглядывая «чудо». Красивое, очень красивое чудо…

– Валерия, правильно? Тебя же так зовут?

Несмело кивнула – и снова молчу, жадно, покорно смотрю в глаза – Господи, я еще никогда не позволяла себе такой вольности, смелости. Что со мной происходит?

– Тебе плохо?

Снова жесты вместо слов – качаю (отрицательно) головой.

– Это хорошо. …

Данила, - вдруг мило улыбнулся и тут же протянул руку в знак приветствия.

Вылупилась. Вылупилась на него – и не могу нормально реагировать, Ау! Лерка! Соберись!!!

– Очень приятно, - едва слышно, скомкано, взволнованно прошептала. О, боже…

От прикосновения к нему, от чувства тепла… прям, передернуло, током стукнуло… от напряжения.

Пристыжено улыбнулась.

– Пошли прогуляемся, а то сюда скоро наши припрут.

(и вдруг завертел в руках радар, радар… капитана)

Кривая, стыдливая ухмылка.

– Пошли?

И снова вялый кивок вместо слов.

Глупые, неловкие попытки встать – тут же подхватил за руку и потащил на себя, помогая справиться с ватными, отекшими от неудобной позы сидения, ногами.

– Черт, мурашки в ногах… Сейчас…

(пошатнулась, как мешок – подхватил, уловил в объятия,… удерживая вертикально)

Краснею… белею, взволновано соплю, робею.

– Спасибо…

– Вот черт. Идут уже. Не успеем. Присядь.

(резкое движение – он присел, а я едва не завалилась на землю – удержал, притиснул к себе, пряча в папоротнике)

– Замри, - едва слышно прошептал на ухо.

Пристальный взгляд на радар.

Potapov, Melnik, Ogyrcov…

Ярко-зеленые точки упорно приближались к нам, вызывая страх и дрожь в моем теле, и в душе.

Черт, и чего это я? Словно в их руках – боевые патроны, а я, а я – едва не в тылу врага разведчик.

Молчу, молчу… едва дышу, зажатая в объятиях чуть мне знакомого парнишки. КАПИТАНА врагов.

Бог мой. Валерия Клинко, что ты творишь? Одумайся…

Шуршит трава, хрустят мелкие, отмершие палки-ветки под ногами, бурчит подлесок на грубых гостей – замерла, не дыша. Ужас… кусачими муравьями вмиг забрался по спине, разливая в душу жидкий азот – холод, дикий холод, мороз волнения разрывал всю меня изнутри.