– Тебе пора, - снова повторил ядовитые слова. Нервно ухмыльнулся. Но в душе, в глазах все еще было много боли.

– Хорошо, - робко прошептала я и ступила шаг на выход.

– Я люблю тебя. – Послышалось вдогонку.

– А я тебя, - смущенно улыбнулась. Обернулась.

Счастливая, хоть и со вкусом слез, улыбка. Его улыбка.

– Береги себя.

– Ты тоже.

***

Каждый шаг от него давался с трудом. Но, сжав кулаки, прикусив язык и выпучив до боли глаза, я шла вперед. Лишь бы не заплакать.

Глубокий вдох.

Выдох.

И снова болезненный вдох.

Я узнала его. Недалеко от входа стоял Гудвин. Оглядывался по сторонам.

Растерянность. Волнение. Искренние переживания.

– Гудвин, - позвала я.

Обернулся.

Я не могла сдержаться. Бросилась к своему настоящему другу. К своему Хойку.

Обняла.

– Привет, - прошептала я.

Да уж. Этот день оказался слишком для меня долгим. Слишком долгим. Казалось, между отъездом, той моей старой жизнью, и нынешним положением пролегла… вечность.

Неожиданно Гуд оттолкнул меня от себя.

Испуганно уставился в глаза.

– Эмиль? Ты была с Эмилем?

Ой.

Ай.

Покраснела.

– Мы… мы помирились.

– Так, так, так, стоп!
– Неожиданно замахал руками Хойк и отступил шаг назад. – Перестань.

– Что?

Смутился. Скривился от неловкости.

– Твои мысли, Габи…

– Ой, прости, - казалось, что сейчас задохнусь от стыда. Чего только в моей памяти не сплыло при этих словах «помирились». Сколько боли и счастья вмещают в себе эти звуки.

Но чем больше я хотела спрятать свои мысли, воспоминания, переживания, тем сильнее все вырывалось наружу. Ярче. Болезненней. И откровенней.

– Габи, - казалось, что вампир вот-вот покраснеет, - я лучше выйду на улицу. А ты отдышись. Успокойся.

– Хорошо, - пристыжено закусила губу.

Три глубоких вдоха.

Так. Голуби. Жабы. Рыбки.

Стулья. Кафе. Чай. Чай…

Ай. Булочки восьмеркой… Эмиль. Эмиль. Мой Эмиль… его губы, его ледяные глазки, его коварные бровки.

Та-а-ак! Габриелла Грейс. Сейчас я при всех стукну тебе в рожу, если не перестанешь.

Спокойно… Дыши.

А его забавная родинка на левом плече?

Ай, бляха ты муха. Успокойся же. ГАБИ!

Кровь. Клыки. И Трупы. Много трупов. Слишком много трупов, как для любви.

Толкнула рукой дверь. Вышла наружу.

Слюни повсюду. Мухи летают. Кузнечики прыгают. Мыши бегают.

– Ты о чем? – не выдержал Гудвин и вопросительно уставился мне в глаза.

Вороны летают. Много трупов. Много.

Я смотрела ему в глаза и пыталась не сбиться.

– Пошли, - едва выдавила сквозь сжатые зубы.

Родинка. Моя миленькая родинка на левом.

Ай! Стоп! Кровь… Трупы…

Вот так сражалась еще с получаса, пока мы брели вдоль улицы в поисках такси.

Кстати, от холода меня благородно спас Хойк, отдав свою куртку.

Удивительно, но в ней не было тепла. Словно ее никто и не надевал.

– Ну, спасибо, - в штуку зарычал Гудвин.

Ухмыльнулась.

– Прости.

А вот Эмиль… когда я была с ним…

– Габи, да ты только что перестала про это думать. Неужели опять?

– Прости.

Но перед глазами уже стояло купе. Мой Эмиль, жадно прижимающийся ко мне. Обнимающий, ласкающий, нежно гладящий кончиками пальцев мою спину.

Фух.

Трупы… Много трупов… Мухи… Кузнечики.

В общем, привел меня в чувства только балаган на автовокзале.

Крик, визг, постоянная толкучка.

Сплошной шум, гам-тарарам.

В общем, здесь было не до «считалочки». Все и так довольно хорошо отвлекало, выворачивало и бесило.

Курс на Юджин. А дальше видно будет.

Я утонула в кресле и отдалась прошлому.

Я вспоминала первую встречу. Вспоминала Браяна и Мел. Иногда всплывали моменты ссор с Гудвином.

Да уж, над этими воспоминаниями мы потешались вместе.

Оказывается, я умело доставала этого вампира. И думаю, что если бы не Эмиль, то просто так с рук все это мне не сошло.

Но время шло.

И все наши стычки в плену обстоятельств превратились в мост к дружбе. И теперь Хойк – это тот, кому я доверю свою жизнь. Свое сознание. Друг. Лучший друг.