— …как зеницу ока! — донесся до нее голос Томаса. — Поняли меня?

— Да не боись, небось не маленькие, справимся, — ответил ему кто-то из МакТавишей. — Иди уж. Нас там рядом не было, хоть ты слово скажи!.. А то эти стервятники и рады…

— Тихо ты!.. — шикнул на него музыкант. — Орешь на весь замок… С Иваром там Творимир, так что за него волноваться нечего. Ладно! Я пошел. Как всё утихнет, вернусь.

— Если утихнет… — непонятно пробормотал то ли Мартин, то ли Мэтью. Второй согласно вздохнул, и братья замолчали. Больше, сколько Нэрис не напрягала слух, из коридора не донеслось ни звука. Ах, как обидно-то!.. Она сердито тряхнула головой и, передернув плечами, опустилась в кресло перед стылым камином. Ну что же!.. Раз уж всё равно ничего не остается, кроме как ждать…

Тихонько скрипнула стенная панель. Девушка быстро обернулась на звук:

— Ты!..

— Тс-с-с!.. — предостерегающе прошипел брауни, проскальзывая в комнату. — Там, которые за дверью — услышать могут.

— Ты был в парадной зале?

— Был. Куда я, по-твоему, бегал? — насупленно проворчал домашний дух, шерстяным клубком подкатываясь к ее креслу. — Сиди. Здесь меня от двери не видно, ежели кто зайдет… Ну, скажу я тебе, и дел тут эти горлопаны натворили!..

— Ну не тяни же!.. — простонала она. — Что папа?.. Мама? Все благополучно?..

— А про супруга своего узнать не хочешь?.. — искоса взглянув на нее, поинтересовался тот. — Что до папеньки с маменькой, тут не беспокойся, в добром здравии. Да все в добром здравии… Пока что.

— Рассказывай! — решительно потребовала Нэрис.

— Я в зал уже опосля прибежал, не всё видел и не всё понял, — заговорил домашний дух, — но одно понял точно — наживешь ты себе с таким муженьком седых волос полну голову!.. Не перебивай! Я там пробежался между гостей, послушал… Лихие люди среди гостей затесались. Короля чуть было не отравили.

— О, Господи!..

— Да тише ты! — снова зашипел брауни, с опаской косясь на дверь. — Я тебе быстро всё обскажу, как услышал, а дальше уж ты сама думай… В общем, налили его величеству вина в кубок, он его, кубок этот, значится, поднял, за здравие батюшки твоего выпить желал, да на счастье свое не успел — кто-то там задел его случайственно, вино возьми да и выплеснись — ровнехонько государю в тарелку! А на тарелке кусок пирога лежал… Ну, словом, весь его вином залило, кусок-то. Король ваш, добрая душа, себе свежий положил, а тот, испорченный, возьми и брось на пол, собакам. Та, что попроворнее, на лету его поймала и проглотила…

— И?..

— И издохла, полминуты не прошло, — хмуро сказал брауни. — А потом… Эй, ты чего?!

— Вино… — сдавленно пискнула девушка. — Кувшин… Он же наливал!

— Муж-то твой? — внимательно глядя на нее, спросил брауни. — Ты, получается, знаешь?

— Я слышала… Он сказал — "Дай мне кувшин, я сам налью"… Но… Но…

— Тихо, говорю тебе, — шепнул он, успокаивающе погладив ее по руке. — Не веришь, значит?.. Правильно. И я не верю. Только сказать не могу — почему. Чую я — не он злодейство задумал! Только…

— Что?

— Только другие-то не чуют! — горестно всплеснул лапами брауни. — Что там поднялось-то! Эти ваши лорды с мест повскакали, за кинжалы хватаются, кричат, мол, норманны яду в кувшин подсыпали! Те, конечно, за мечи… Отец твой северян остановить пытается (я как раз к тому времени и подоспел), а король чашу отшвырнул, да на лордов своих как зыркнет — те и руки опустили. А потом кто-то возьми и скажи — кто вино-то наливал. Тут уж до всех и дошло…

— А… он?..

— Муж-то твой? — задумчиво глядя в пол, снова переспросил домашний дух. — А он сидит, как сидел, свою чашу в руках держит, и молчит. Словно думает… А как на него гости двинулись, встал и говорит, мол, рехнулись вы совсем? Какой мне смысл государя убивать?.. Да я, говорит, нам обоим из одного кувшина наливал! И махом чашу свою — р-раз! А потом из кувшина — два! Прямо залпом!..

— Ах!..

— Не бледней! Ничего ему не сделалось. Не было в том кувшине ничего, окромя вина из нашего погреба…

— Слава богу! — не сдержавшись, выдохнула девушка.

— А вот это я бы не сказал, — мрачно покачал головой брауни. — Этим он только хуже себе сделал. Получается, не в кувшине яд-то был, а в чаше королевской. А наливал, как ни крути, кто?.. Вот то-то же…

— Да как он его туда бросить у всех на глазах исхитрился бы? — возмутилась Нэрис. — Перед носом у его величества?.. Король Шотландский — не слепой крот, в конце концов!

— Тут как есть согласен, — кивнул домашний дух. — Не слепой. И не дурак. Поэтому ты еще и не вдова, в общем-то…

— Надеюсь, мой муж королевский кубок облизывать в доказательство своей невиновности не начал? — вздохнув, спросила она. — Я гляжу, с него бы сталось…

— Не начал. Потому как пропал кубок, как есть пропал!

— То есть как это?!

— Обыкновенно, — пожал плечами брауни. — Как государь его швырнул, на пол-то, так и всё! Они там потом всю залу с ног на голову перевернули, даже гостей попросили карматы вывернуть… А только все одно ничего не нашли! Так-то вот.