— Итак, с тем, кого защищать, мы разобрались. А вот от кого… — он задумчиво помолчал и добавил:- От всех. Включая нас самих.

— Не понял?.. — поднял пшеничные брови Эйнар.

— Объясню. Инцидент с отравленным вином произошел у всех на глазах, и вы тоже это видели. В зале находились все здесь присутствующие, включая еще по меньшей мере человек двести. Виновного не нашли, более того — не нашли даже способа, каким этот самый виновный смог исхитриться и подсыпать в чашу государя яд. Как я установил лично — в кувшине яда не было. Чаша стояла на столе. Гости свободно перемещались по залу и подсыпать отраву королю мог любой. В том числе и я, потому что сидел рядом, И Творимир, и лэрд Вильям, и Том, и даже моя супруга. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов слуг, на которых никто никогда не обращает внимания…

— А им это зачем? — хмыкнул норманн.

— Не знаю. Их могли подкупить, припугнуть… В конце концов, посторонний человек мог переодеться в одежду слуги и проникнуть в замок — никто бы ничего не заподозрил!.. В такой толчее, где и треть присутствующих тебе не знакома, легко затеряться. Том, я просил тебя узнать — того паренька, что в последний раз разливал вино, нашли?..

— Нет, — покачал головой волынщик. — Я челядь опросил, и все божились, что никого, даже близко похожего по описанию на этого типа (а уж я его, рожу пьяную, запомнил!) при замке не было. Тех из слуг, что были, я видел. Не они.

— Значит, сторонний, — кивнул Ивар. — Сделал дело и исчез. Я так и предполагал. Значит, наняли… И с той же вероятностью нанять его мог любой присутствовавший. Хотя последнее, увы, недоказуемо.

— Никому нельзя доверять, — задумчиво кивнул сын конунга. — Я вас понял… И что ж, выходит, мне теперь и тебя к собственной супруге не допускать?.. — он ухмыльнулся. Ивар весело развел руками:

— Ну, это уж пусть она сама решает!

Все заулыбались.

— Ясно, — наконец проговорил Эйнар. — У меня больше вопросов нет. Что еще от меня требуется?..

— Я вас собрал, чтобы обсудить наши дальнейшие передвижения, — посерьезнев, ответил Ивар. — Из Перта нужно убраться как можно скорее, здесь слишком много народу… Конечная точка нашего путешествия — мой родовой замок, Фрейх. Он находится на северо-восточной оконечности полуострова, в районе пересечения заливов Миори и Кромарти. Эйнар, ты там бывал?..

— Мимо ходили, не высаживались, — подумав, проговорил тот. — Но это вплавь не меньше недели идти…

— Чем быстрее мы доберемся до Фрейха, тем лучше, — бывший королевский советник снова откинулся на спинку стула. — Поэтому поедем верхами. Дня за четыре, если менять лошадей и нигде подолгу не задерживаться, должны добраться. Эйнар, у тебя больше всего людей, обеспечь круглосуточную посменную охрану отряда. Мои бойцы также в твоем распоряжении.

Тот кивнул.

— Далее… Том, что с провиантом?

— Полный порядок! — едва ли не облизываясь, заверил волынщик. — Сам проверял. Лэрд Вильям не поскупился, придраться не к чему! Там, по-моему, всем нам недели на полторы хватит!..

— Отлично, — удовлетворенно склонил голову МакЛайон. — Двинемся сразу после полудня. Думаю, Перт и Кинросс мы преодолеем без всяких сложностей, это, все-таки, Лоулэндс. А дальше начнется Нагорье. Не мне вам объяснять, что это значит… Поэтому предупреждаю — никаких постоялых дворов, никаких случайных попутчиков, никаких, — он посмотрел на Томаса, — "попавших в беду леди" и никакой, — тут строгий взгляд лорда переместился на МакТавишей, — выпивки!..

— Ивар! — возмутились все трое, но он и слушать ничего не стал:

— Не обсуждается! В замке, если без приключений доберемся, и напьетесь, и на… нагуляетесь!.. А до этого — ни-ни! Я предупредил, — он подумал и ухмыльнулся:- А чтоб соблазны вас с пути не сбили, Творимир присмотрит.

Тут на командира гневно воззрились уже не три, а четыре пары глаз. Потому как, насколько бы сильно МакТавишам не хотелось доброго вина, а Тому — женского внимания, сурового Творимира в любом случае, еще меньше их всех вместе взятых, радовала перспектива на ближайшие несколько дней стать нянькой для трех великовозрастных оболтусов!.. Он, положим, и с двумя-то едва справлялся… Ивар, чуя надвигающуюся бурю негодования, встал:

— Можете идти. Это всё. Творимир, дружище, не серчай… Но ты же их знаешь!..

— Эх… — печально вздохнул тот и вышел следом за надутым Томасом, ненавязчиво подталкивая в спины близнецов, которым — это было видно невооруженным глазом — очень хотелось остаться и высказать лорду МакЛайону всё, что они о нем думают. Эйнар вышел молча. Как и отец, разглагольствовать он не умел и не любил, а что делать — ему и так было понятно. Привыкший к строгой иерархии, сын конунга определил для себя командира, и дальше был твердо намерен выполнять его приказы без разговоров. Охранять — так охранять. Для того их, в сущности, отец сюда и отправил.

Ивар, оставшись один, снова забарабанил пальцами по столу. Дурацкая привычка, уж сколько раз, после особо напряженных и долгих раздумий, костяшки болели по несколько дней, но помогает сосредоточиться… Его мучили два вопроса — "Кто?" и "Как?", причем второй занимал сейчас даже больше. Потому что о первом думать не хотелось. Несмотря на его собственные недавние уверения в том, что подсыпать яд в чашу короля мог любой из находившихся на пиру людей, на самом деле Ивар так не думал. Да, заинтересованных лиц там имелось предостаточно! Но вот тех, кто реально мог что-то сделать… Немного. Совсем немного. С одной стороны это было хорошо — чем уже круг подозреваемых, тем проще найти злоумышленника. Но с другой стороны… Ивар с удвоенной скоростью забарабанил многострадальными пальцами по деревянной столешнице и скрипнул зубами: с другой стороны дело принимало очень нехороший оборот. Потому что в пределах досягаемости королевского кубка сидели только свои. И подходили к столу молодоженов тоже только свои. А значит…