Сразу после рассвета Марти разбудил Шарлотту с Эмили.

– Становитесь под душ и в путь, мои дорогие дамы. У нас много дел утром.

Эмили через секунду была уже на ногах. Она выбралась из-под одеяла и, стоя на кровати в своей пижамке светло-желтого цвета, стала одного роста с отцом. Она потребовала, чтобы он обнял ее и поцеловал.

– Мне приснился такой сон ночью!

– Попробую угадать. Тебе приснилось, что ты стала достаточно взрослой, чтобы назначать свидания Тому Крузу, водить спортивный автомобиль, курить сигары, напиваться допьяна, а потом выворачиваться наизнанку.

– Глупости! – сказала она. – Мне приснилось, что на завтрак ты накупил нам жвачки и шоколада.

– Мне очень жаль, но это не вещий сон.

– Папочка! Не становись писателем и не произноси трудные слова.

– Просто я имел в виду, что твой сон не сбудется.

– Я и так это знаю, – ответила она. – С тобой и мамой случился бы оброк, если бы на завтрак у нас был шоколад.

– Обморок, а не оброк. Она сморщила лицо.

– Какая разница?

– Наверное, никакой. Оброк, обморок, как скажешь.

Эмили вырвалась из его рук и спрыгнула с кровати.

– Мне нужно на горшок, – провозгласила она.

– Хорошее начало. Потом прими душ, почисть зубки и оденься.

Шарлотта, как обычно, проснулась немного позже сестры. К тому времени как Эмили уже отправилась в ванную, Шарлотта лишь села в кровати, откинув одеяло. Она рассматривала свои голые ноги.

Марти присел рядом с ней.

– Они называются пальчиками.

– Мммм, – ответила она.

– Они нужны тебе, чтобы концы твоих носочков не были пустыми. Она зевнула. Марти добавил:

– Они будут тебе нужны еще больше, если ты решишь стать балериной. А для других профессий они не так уж и важны. Поэтому если ты не собираешься становиться балериной, то их можно удалить, два больших или все десять, все зависит от тебя.

Она склонила голову на бок и посмотрела на него взглядом, который говорил: папочка хочет быть умным, я с удовольствием подыграю ему.

– Думаю, что оставлю их при себе.

– Это твое дело, – сказал он, целуя ее в лоб.

– У меня как будто волосы во рту, – пожаловалась она.

– Может быть, во сне ты съела кошку. Она уже достаточно проснулась, чтобы захихикать.

Из ванной послышался шум спускаемой воды, и через секунду открылась дверь. Раздался голос Эмили:

– Шарлотта, ты в туалете хочешь быть одна, или я могу принять душ?

– Давай мойся, – ответила Шарлотта. – От тебя пахнет.

– Да? Ну, а ты не воняешь?

– Это ты вонючка.

– И очень рада, – ответила Эмили, вероятно потому, что не могла придумать что-то еще в этом роде.

– Дорогие мои дочери, вы же приличные девочки.

Когда Эмили исчезла в ванной и начала крутить краны, Шарлотта сказала:

– Мне надо как-то избавиться от этого ощущения во рту.

Она встала и подошла к открытой двери. На пороге она обернулась к Марти.

– Папа, мы сегодня пойдем в школу?

– Сегодня нет.

– Я так и думала. – Она помедлила. – А завтра?

– Не знаю, родная. Вероятно, нет. Она снова помедлила.

– А мы будем ходить в школу когда-нибудь?

– Ну конечно.

Она посмотрела ему в глаза долгим взглядом, потом кивнула и вошла в ванную.

Ее вопрос потряс Марти. Он не был уверен, пыталась ли она просто представить свою жизнь без школы или же испытывала настоящую тревогу по поводу тех несчастий, которые свалились им на голову.

Еще сидя на постели с Шарлоттой, он услышал, как заговорил телевизор, и понял, что Пейдж тоже проснулась. Он поднялся, чтобы пожелать ей доброго утра.

Он был уже у двери, когда Пейдж позвала его:

– Марти, быстрее, посмотри!

Он торопливо вошел в комнату и увидел, что она стоит напротив телевизора. Показывали утренние новости.

– Это о нас, – сказала она.

Он узнал свой дом на экране. Женщина-репортер стояла на улице спиной к дому, лицом к камере, Марти кинулся к телевизору и прибавил звук.

…поэтому это остается тайной и полиция очень хотела бы поговорить с Мартином Стиллуотером сегодня утром.

– Правда? Они хотят поговорить сегодня утром, – сказал он с возмущением. Пейдж шикнула на него.

– …безответственный розыгрыш писателя, слишком торопящегося привлечь к себе внимание, или что-то более циничное? Теперь, когда лаборатория полиции подтвердила, что большое количество крови в доме Стиллуотера действительно принадлежит человеку, власти должны срочно дать объяснение этому факту.