— Которое им Гасконь и предоставила, — добавил Эшаннон. — Но на определенных условиях.

Оливер демонстративно откашлялся, и Эшаннон уступил ему место.

— Я встретился с моими соотечественниками, — объяснил хафлинг. — Этим типчикам гарантировано убежище, но только при условии, что они сохранят нейтралитет. Флот Гринспэрроу вышел из войны.

— Замечательная новость, — обрадовался Бринд Амор. — Просто великолепная!

Все вокруг заулыбались, кроме Кэтрин.

— Я слышала сообщение о том, что сюда с севера движется войско в пять тысяч воинов, — серьезно сказала она.

— Это герцогиня Диана Велворт и ее гарнизон из Мэннингтона, — объяснил Лютиен, и по его тону Кэтрин поняла, что это не враги.

— Диана нам друг, — заверил ее Эшаннон. — И что еще более важно, она заклятый враг короля Гринспэрроу.

Совет прошел прекрасно, все собравшиеся ощущали необычайный подъем духа. Теперь, когда клещи армии вторжения замыкались вокруг Карлайла, Лютиен и все остальные осмелились питать надежду на победу.

Эта надежда еще более окрепла с рассветом, когда к ним присоединились воины Дианы Велворт, и в тот же день с северо-востока прибыл передовой отряд всадников Эрадоха во главе с Кэйрин Калтуэйн, возвестивший о приближении второй эриадорской армии, значительно увеличившейся с тех пор, как она выступила в поход от Мальпьюсантовой стены.

Таким образом, на следующий день Бринд Амор располагал войском численностью в пятьдесят тысяч воинов. Все они расположились на равнине, окружавшей Карлайл, причем отряды обеспечения растянулись в глубь Эйвона, а плодородное южное побережье было открыто для военных судов.

Из всех союзников Эриадора только вождь хьюготов выражал несогласие с планами, и с этим следовало разобраться безотлагательно.

Лютиен сопровождал Бринд Амора, когда тот направился к кораблю Асмунда. Младший Бедвир вряд ли заметил, как короли приветствуют друг друга, он смотрел только на своего старшего брата. Этан протянул Лютиену руку, но не сопроводил этот жест улыбкой, ничто в его глазах цвета корицы не говорило о том, что он рад видеть брата. Даже после многих недель борьбы за общее дело Этан, казалось, сохранил в душе тот же холодок, как и в тот день, когда братья впервые встретились на острове Колонси.

Неужели Этан не помнил или не хотел вспоминать о том, кто он на самом деле?

Однако у них не было времени обсуждать свои личные взаимоотношения, потому что Асмунд напустился на Бринд Амора, как огромный медведь.

— Мы воины! — ревел король хьюготов. — И, тем не менее, мы неделями болтаемся на волнах, а запасы продовольствия нам доставляют эриадорские суда, которые подходят за ним к берегам Эйвона!

— Мы не могли открыть… — начал Бринд Амор, но Асмунд резко перебил его.

— Воины! — опять взревел варвар, оглядываясь за поддержкой на Торина Рогара, стоявшего рядом с ним. Огромный Рогар кивнул и что-то проворчал.

— Я не поднимал копье уже много дней, — пожаловался Торин. — Эйвонские суда уклонились от сражения.

Бринд Амор попытался сделать сочувственный вид, но, по правде говоря, после того как его войску пришлось сражаться весь путь от Кэр Макдональда, такое стремление лезть в битву вызывало у него легкое раздражение. Старый волшебник питал не слишком большую любовь к хьюготам и на миг даже всерьез задумался, не стоит ли удовлетворить желания Асмунда, отправив короля и его звероподобных воинов на штурм высоких стен Карлайла.

— Я жажду битвы, — свирепо заявил Асмунд.

— Чтобы пополнить запасы рабов? — прямо спросил Лютиен. Он заметил, как нахмурились и Бринд Амор, и Этан, и прекрасно понял, в чем дело. Благоразумие подсказывало младшему Бедвиру, что в этот критический момент не следует ссориться с союзником, но Лютиен больше не мог сдерживать своей ярости и досады — и на хьюготов, и на Этана.

Асмунд схватился за рукоять огромного топора, висевшего за его спиной, Лютиен немедленно положил ладонь на рукоять «Ослепительного».

— Как ты посмел?! — начал Асмунд. Он поднял кулак в воздух, подавая сигнал своим могучим воинам, что переговоры подошли к концу. Бринд Амор тяжело вздохнул, но Лютиен даже глазом не моргнул.

— Возможно, Эриадору теперь придется как следует охранять свое побережье, — угрожающе заявил Асмунд.

— Неужели твое слово чести так хрупко, что может быть разбито несколькими словами, сказанными в гневе? — спросил Лютиен, давая Асмунду время одуматься.

Король расправил плечи, шагнул вплотную к Лютиену, угрожающе глядя на него. Молодой Бедвир не дрогнул и не отступил ни на дюйм.