Одним прыжком он подобрался достаточно близко, чтобы опять выдохнуть язык огня, окутавший Бринд Амора.

Но старый волшебник был наготове. Своей магией он вытянул влагу из земли под ногами и встретил дракона водяной стеной. Затем чародей выпустил сверкающий заряд энергии, который пролетел сквозь пламя и ударился в Гринспэрроу.

Лютиен, дрожа, свернулся в комок, зажав уши, чтобы не оглохнуть от громоподобного рева чудовища. Рев продолжал нарастать, сливаясь с ревом пламени, секунды казались часами. Юноша страстно мечтал о единственном глотке воздуха, но его не было. Ему хотелось вскочить и убежать, но ноги отказывались его держать. Затем Лютиену показалось, что весь мир скользит в черноту, в бездонную яму, и он сам сползает в бездну.

Рев стал затихать.

Затем он смолк окончательно, исчезло пламя, иссякли заряды энергии, а Гринспэрроу и Бринд Амор стояли лицом друг к другу. По тому, как змеиная шея внезапно качнулась назад, и по расширенным глазам твари Бринд Амор понял, что его стойкость удивила дракона.

— Ты предал все, что было свято для древнего братства, — резко произнес старый волшебник.

— Для древних глупцов! — ответил дракон глубоким, утробным голосом.

Бринд Амор удивился тому, что дракон говорил с трудом, спотыкаясь после каждого слога и перемежая свою речь рычанием.

— Глупцы, говоришь? — бросил волшебник. — Однако именно в братстве ты впервые обрел свое могущество.

— Мое могущество — гораздо древнее! — взревел в ответ дракон. — Древнее, чем ваше братство, древнее, чем ты сам!

И тут Бринд Амор все понял, он догадался, что две воли слившихся существ борются между собой.

— Ты — Гринспэрроу! — воскликнул он, пытаясь форсировать события.

— Я — Дэнсаллигна… Я — Гринспэрроу, повелитель Эйвонси! — зарычала тварь.

Затем дракон непроизвольно содрогнулся, и Бринд Амор поспешил перейти в наступление, отправив еще один заряд, на этот раз белый и сверкающий, как молния. Дракон взревел, волшебник закричал от боли, потому что вся его энергия, вся его жизненная сила ушли в этот заряд. Магия всегда была силой, подчиненной здравому смыслу, но сейчас Бринд Амор не желал сдерживаться, только не в схватке с подобным врагом! Он чувствовал, как бешено бьется его сердце и слабеют ноги, но все же вложил всего себя в этот заряд энергии, собрав все силы своего тела и швырнув их в огромное чудовище.

Он почти не видел ни дракона, ни чего-либо еще, но где-то в глубине сознания Бринд Амор понимал, что он всерьез ранил монстра и тот трансформируется.

Наконец выброс энергии закончился, и волшебник стоял, покачиваясь, в полном изнеможении. Через секунду ему удалось сконцентрироваться на своем противнике, и его глаза расширились.

Перед ним теперь не было ни дракона, ни его врага, надменного короля Гринспэрроу. Гринспэрроу и Дэнсаллигнатос были захвачены его последним ударом на середине трансформации, и Бринд Амор увидел двуногое существо в половину человеческого роста, но с чешуйчатыми черно-зелеными когтистыми руками, с хвостом, яростно рассекавшим воздух, и змеевидной шеей, по длине равнявшейся росту Бринд Амора.

— Ты думаешь, что победил меня? — взвыла тварь.

Лютиен услышал этот крик как будто издалека, и сам голос чудовища, воющий, резкий, жужжащий, ранил его, ужалил слух и сердце.

— Ты глупец, Бринд Амор, и глупцами были все твои братья-волшебники, — проревел Гринспэрроу.

— Гринспэрроу когда-то тоже был одним из нас, — с трудом произнес волшебник.

— Нет! — взревела тварь. — Только Гринспэрроу и был достаточно мудр, чтобы дождаться подходящего момента.

У Бринд Амора не нашлось на это ответа. Он и сам не раз жалел о том, что братство волшебников слишком быстро и слишком беспечно рассталось со своим могуществом.

— А теперь ты умрешь, — небрежно заявила тварь, шагнув вперед. — И весь мир будет открыт для меня.

И опять Бринд Амору нечего было возразить в ответ на слова короля-дракона, по крайней мере на их первую часть, потому что у него не осталось сил даже поднять руку. Однако он не был уверен в том, что притязания Гринспэрроу на мировое господство станут реальностью.

— Теперь все знают, кто ты такой, — вызывающе крикнул он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно тверже и убедительней. — И что ты собой представляешь.

Гринспэрроу злобно рассмеялся, как будто спрашивая, какое это может иметь значение.

— Диана Велворт получит назад свой трон и королевство, а самозванец Гринспэрроу останется ни с чем! — заявил маг.

— Если я могу легко победить таких, как Бринд Амор, то как слабая женщина или кто-то из ее неразумных союзников выстоят против меня?