Когда они сражались в последний раз, Этан уже был матерым бойцом, и Лютиен полагал, что его тактика не сильно изменилась с тех времен. Сам же юноша тогда считался начинающим, и его манеру боя Этан вряд ли мог изучить по единственной схватке.

И в этом было сейчас его преимущество.

Этан вскочил на ноги, опустил одну руку, чтобы лучше сохранять равновесие, и в мгновение ока «Ослепительный» метнулся влево, вправо, вперед, затем опять вправо. Сталь звенела, соприкоснувшись со сталью, Лютиен яростно старался удержать в стороне смертоносный клинок. Когда его атаки были отбиты, Этан перехватил меч обеими руками и обрушил на голову юноши град ударов: один, второй, третий, потом еще и еще.

Лютиен отбил их все, но под яростным натиском был вынужден отступить назад. Он хотел рассчитаться, но его меч, в полтора раза тяжелее привычного, не позволял ответить достаточно быстро. И потому он продолжал отступать, пока Этан, бешено сверкая глазами, забыв обо всем на свете, яростно ломился вперед.

Теперь Лютиен предельно сосредоточился, желая сберечь силы, он старался отбивать выпады максимально короткими и точными движениями. Он охотно отступал, приближаясь к стене помещения, и постепенно продвигался к выходу. Отбив еще один жестокий удар при очередном яростном натиске, он выскочил за дверь, на слепящий солнечный свет.

Толпа хьюготов двинулась за сражавшимися братьями. Лютиен видел, как к двери подошли Оливер и Кэтрин, но были немедленно отброшены в сторону Реньером, освобождавшим дорогу ухмылявшемуся Асмунду.

Лютиен понимал, что этот поединок стал великолепным зрелищем для свирепых уроженцев Айсенленда.

Неровная и каменистая почва лишила Этана, имевшего более легкое и подвижное оружие, части преимуществ. Теперь на первое место вышли стремительность и изворотливость бойцов, а в этом смысле Лютиена мог, пожалуй, превзойти один лишь проворный и миниатюрный Оливер де Берроуз. Лютиен легко прыгнул к самой неровной площадке, искусно действуя тяжелым мечом и отражая атаки преследовавшего его Этана. Младший Бедвир добрался до места, где площадка имела небольшой наклон, и увидел в этом свой шанс. Юноша увернулся от очередного взмаха «Ослепительного», ринулся вверх по склону, а когда Этан оказался под ним, неожиданно яростно накинулся на брата, обрушив на того серию ударов.

Однако Этану, обладавшему прекрасным чувством равновесия, удалось либо отразить их все, либо увернуться. И тут Лютиену, трезво оценившему свои преимущества, пришло на ум, что исход поединка в любом случае будет печальным. Проиграет он или победит, он в любом случае окажется в непростой ситуации. Закончится ли все гибелью Этана? И если так, неужели он может убить собственного брата? И даже если дело не кончится смертью, младший Бедвир понимал, что он многое потеряет, так же, как и Этан, поскольку тот завоевал некоторое уважение среди свирепых варваров только благодаря своему искусству воина. Теперь, если Этан утратит уважение в результате этого поединка…

Лютиена не радовали перспективы, но у него не было времени остановиться и попытаться отыскать другой путь. Старший брат поднимался по склону, пытаясь обойти Лютиена, и тому приходилось прилагать отчаянные усилия, чтобы удержать его.

Внезапно на него обрушился ужасающий удар «Ослепительного». Юноша не успел бы ни увернуться, ни вовремя подставить свой тяжелый и неудобный клинок. Поэтому он просто упал на землю и покатился вниз по склону. Затем легко вскочил на ноги, оказавшись на двадцать футов ниже своего брата.

Он услышал вой толпы, состоявшей из доброй сотни кровожадных хьюготов, и отчаянный крик Кэтрин и стон Оливера.

Этан, подстегнутый воплями своих соратников, ураганом ринулся вниз, но Лютиен не собирался дарить ему более выгодную позицию. Младший Бедвир помчался прочь, в сторону от склона. Этан взревел и ринулся в погоню, зайдя так далеко, что принялся обзывать брата трусом.

Лютиен не был трусом, но он научился извлекать преимущество из местности, на которой сражался. Так было и теперь, когда за ним гнался взбешенный Этан. Лютиен повернул к берегу, к небольшому утесу, и легко вскарабкался на его камни. Теперь он оказался на высокой площадке, но Этан, переполненный яростной энергией, даже не притормозил. Он приблизился, рубя воздух «Ослепительным», бросаясь то в одну сторону, то в другую, чтобы отыскать брешь в обороне Лютиена.

Ему это не удалось, блокировка Лютиена была совершенной, однако старший принялся обходить скалу сбоку, пытаясь взобраться на нее, — он рассчитывал оказаться почти на одном уровне с младшим братом.

Конечно, Лютиен без труда разгадал его маневр. Он мог воспрепятствовать брату, поставив прямой блок, но у него было на уме кое-что другое.

Этан приближался. Меч младшего Бедвира нацелился на колени противника, и тот отпрыгнул назад, собираясь нанести жестокий удар сверху вниз.

Однако маневр Лютиена был уловкой. Прежде чем меч хотя бы приблизился к цели, а Этан начал очевидный замах в противоположном направлении, Лютиен отступил на шаг, сменил захват на рукоятке тяжелого меча и передвинул его так, чтобы не блокировать, но отклонить «Ослепительный». Когда клинок Этана скользнул в сторону, Лютиен развернул свое оружие, направил клинок противника вниз, на скалы, а потерявший равновесие Этан не смог сопротивляться. От острейшего конца «Ослепительного» полетели искры, когда он скользнул в щель между камнями.