— Какая красота, — восторженно только и смогла и выдохнуть я.

— Так теперь перчатки и кольца, — не отставала от меня будущая сестра, да какая будущая, она уже была самой близкой моей подругой, моей сестрой. Юми помогла мне надеть красивые кружева и закрепить их маленькими бриллиантовыми пуговичками около локтя. И заключительным аккордом наряда предстала платиновая диадема, подаренная мне мамой.

— мне интересно как это все сможет снять с меня Мамору вечером.

— Не забивай голову. А теперь погляди! — она развернула меня к зеркалу и из его глубин на меня взглянула сказочная принцесса. Голубые глаза на фарфоровом лице жили отдельной жизнью, полупрозрачная длинная вуаль смягчала их озорной блеск, делая фигуру девушки все более загадочной. И даже округлившийся за эти месяцы животик не смущал зрителя. Он был просто невиден за складками ткани. Сапфиры органично вписывались с какими-то синими цветами в букете невесты, которые обрамляли кучку белых роз.

— Да…

— Красавица, — кивком подтвердила Юми.

Брюнетка была так же одета в голубое платье с большим бантом сзади. Она и Таня были подружками невесты. Стоило мне подумать о россиянке, как та влетела в дверь.

— Все собрались. Через две минуты наш выход.

— у меня такое ощущение, что я совершенно нарочно делаю шаг в пропасть.

— В счастливую пропасть, — тут же поправила меня Татьяна. — О, все наш выход. Дети, фата.

Прошло уже три месяца с той страшной ночи. Мамору после химиотерапии выписался умудрившись как-то сохранить свою гриву волос и уже неделю был дома. Все эти дни единственным делом было, когда я отходила от него это приготовления к свадьбе. Как они умудрились все это уложить в одну неделю в уме не знаю. Но платье было готово, меню выбрано, гости приглашены. Личный самолет семьи украшен шариками и лентами. И даже огромный пятиэтажный торт от лучших кондитеров Японии и тот был уже готов. Наверное, во всей этой суматохе единственным неготовым человеком оказалась я. Долгие месяцы все ждали, не исключая и меня, этого, но сейчас, когда я спустилась по лестнице и в нескольких метрах от меня увидела сиявшего как медный пятак Мамору в окружении друзей, сердце куда-то взлетело выше головы, будто у него появились маленькие амурные крылышки. Я осторожно сделала несколько шагов к нему, и вдруг он протянул мне руку, в которую я осторожно вложила пальчики. "Я люблю тебя" — прошептал он одними губами и улыбнулся когда увидел как одинокая счастливая слезинка покатилась по моей щеке. Абсолютное счастье вдруг

сделалось таким близким, что я погрузилась в него, словно с разбегу прыгнув в эту бездонную пропасть.

Девять месяцев с момента отъезда Алисы из России.

— Арису, ты главное успокойся, — мужчина бежал рядом с каталкой, на которой его жена готовилась рожать. — Давай доедем до родового зала, да? Там гораздо безопаснее, да, Шиндо?

— Заткните его кто-нибудь, — проскрежетала сквозь зубы кумир молодежи Японии.

— Мамору, правда, лучше иди посиди в комнате отдыха, — утешил его друг, напоследок кивая нескольким врачам, которые входили в лифт вместе с женой Накамуры.

— Но Арису рожает, — воспротивился будущий отец.

— Знаешь, женщине лучше в этот момент не мешать. А то она может и не удержаться и послать тебя в далекие дали. Это только в кино муж рядом с женой принимает роды и падает в обморок.

— я не упаду, — тут же начал хорохориться певец.

— Не упадешь, — послушно согласился Шиндо, все еще уволакивая его в отдельную комнату, которая находилась рядом с родильным отделением. — Но заставишь волноваться Алису. Все- таки рождение на свет ребенка довольно интимный процесс.

— Да я видел её разной…

— Согласен ты видел её и обнаженной, однако пускай у Арису будут её маленькие тайны. Уважай право своей жены хотя бы на это. Все таки рождение ребенка это женское дело.

— Кто бы говорил, — хмыкнул Мамору, с укором взглянув на друга. — И все равно я хочу присутствовать при рождении своего сына.

— Или дочери, — поправил его врач. — вы так и не сходили на УЗИ?

— Арису напрочь отказалась, сказала, что видела какую-то передачу, что это отрицательно влияет на ребенка.

— Жаль, я бы сказал, что вы ждете богатыря, смотря какой у Элисс большой живот. Кстати вы не думали о двойне? После тебя, — он поднял вверх брови, заталкивая друга в комнату в которой и так уже находись Такеру и Хикару. Оба уже были навеселе.