— Что-то вспомнилось, принцесса?

— Да, — тихо ответила Лэя. — Я сейчас так живо представила, что будто бы ты мой отец, с которым я всю свою жизнь проучилась в точно такой же библиотеке. Мы так же все время сидели друг против друга. И мне так же было с ним хорошо и спокойно, как с тобой сейчас.

— Не зря же ты меня иногда папашкой обзываешь, — улыбнулся ей Женя. — На самом деле я очень рад, что могу хоть отчасти заменить тебе отца.

— Слушай, у нас все готово? Ведь завтра выступаем — не забыть бы чего.

— Да вроде все должно быть готово.

Они действительно все подготовили и обо всем договорились. До конца долины их проводит Илаир. Потом путешественникам придется спешиться, и ветеран, забрав коней, вернется домой, где его будет ждать Ренк, чтобы отправиться с верным слугой домой в Эленгар.

Будущий монарх, как и обещал землянин, разучил несколько приемов самообороны, запрограммировав их в астрале, и старательно закреплял знания во дворе их дома. Стоило немалого старания и Женькиного искусства привирания, чтобы убедить принца не увязываться за ними в страну Высоких Горизонтов. Но самым убедительным доводом оказалось то, что у Лэи может не хватить сил прикрывать так много подопечных от неведомых опасностей. В конце концов Ренк не захотел себя чувствовать обузой в походе и мужественно согласился.

На следующее утро, как и месяц тому назад, маленький отряд седлал лошадей. Но отправлялся он теперь ровно в противоположную сторону. Туман еще скрывал луга и берег озера, но первые мили пути были знакомы, поэтому плохая видимость не являлась препятствием к выходу. Вся семья Илаира собралась провожать путников.

Пока все суетились вокруг коней, Женя последний раз опробовал свой примитивный компас, который он стал мастерить еще в пещере, выклянчив у Лэи самую тонкую иглу, которую она, как предусмотрительная путешественница, имела в своей объемистой «косметичке». Только когда они стали собирать лагерь, его стукнула мысль, что у них не будет никаких ориентиров в стране, напрочь затянутой тучами. Тогда он оставил иглу в пещере на некоторое время, чтобы она намагнитилась. Его, правда, беспокоило, что он даже не помнил, пульсирующее поле в пещере или меняющее полярность, да и о направлении этой самой полярности у него не было ни малейшего представления. Уже в доме Лэи он нашел осколок стекла, из которого вырезал кусочек для компаса. Корпус он смастерил из прочного дерева, а намагниченную (как он надеялся) иглу продел сквозь позвонок рыбы и, сбалансировав ее, опустил углублением в позвонке на иглу-подставку.

Затем наступил критический момент всего мероприятия. Если игла не намагнитилась или если у Сэйлара вообще нет магнитного поля, то они могли блуждать в загадочной стране сколько угодно…

Стрелка вздрогнула, слегка покачиваясь, и лениво стала поворачиваться. Вскоре она замерла, указывая прямо на восток — цель их путешествия. Видимо, линза на горе была не только гравитационная, но сколько-то и магнитная. Это заметно облегчало ориентирование в походе. Осталось только прикрепить стекло на компас так, чтобы оно не давало слететь стрелке с опорной иглы, и установить стопор для стрелки.

Сейчас примитивное, но так нужное приспособление исправно показывало вперед, и не было никакого смысла отказываться от приглашающего указания стрелки. Еще раз оглядев отряд, Женя подошел к Ренку и, по обычаю сэйлов, положил тому руку на плечо. Пожелал принцу благополучно добраться до замка и стать впоследствии мудрым и справедливым монархом, заодно напомнив об обете молчания. К его удивлению, парень в ответ произнес почти те же слова, что и Лэя вчера:

— Спасибо тебе, что ты пришел в наш мир! Я навсегда сохраню память о тебе.

— Спасибо на добром слове, конечно, — рассмеялся землянин. — Но я начинаю себя чувствовать чем-то вроде кукольного мессии, наподобие вашего воссожженного Сэйлана.

— Почему кукольного? — серьезно спросил Ренк.

Повисла неловкая тишина. Все молчали, явно выражая согласие с принцем. Женька аж поперхнулся от возмущения:

— Если вы еще будете унижать мое человеческое достоинство, я могу и обидеться. Я здесь исключительно из корыстных побуждений: преследую одну очень хорошенькую принцессу и удовлетворяю свое непомерно развитое любопытство.

— Всем бы такие корыстные побуждения, — заметил Илаир и добавил: — Хорош болтать, а то мы никогда отсюда не выедем.

— Вот и я о том! — воскликнул пришелец и расцеловал в щеки Лику и жену Илаира, введя их в немалое замешательство. А затем, запрыгнув на коня, крикнул: — Вперед, труба зовет!

— Какая еще труба? — насмешливо спросила со спины своего скакуна Лэя.

— Канализационная!

— Что за кн… каннализацонная?

— Потом объясню! — отмахнулся от вопроса землянин, за что получил обещание, что с ним еще разберутся. Он не полез в карман за словом и ответил, что ничего не имеет против, — в результате весь отъезд прошел в веселой перебранке.

Весело прогалопировать навстречу приключениям путешественникам удалось лишь с десяток миль. Дальше приходилось то спешиваться, то вести коней по ручью, то делать короткие броски по ровным заливным и альпийским лугам. Женя наслаждался горной природой Сэйлара. Здесь, как и в подобных местах на Земле, природа дышала чистотой, свежестью и первозданностью лугов, лесов и водных пространств.