Дяденька удивленно посмотрел на юную гостью и, наконец, сообразив что-то, ответил:

— Очень приятно познакомиться, маленькая фея! Оказывается, мы родственники. Представь, моя фамилия тоже Альк. И я, кажется, догадываюсь, чья ты дочка. Твоего папу, случайно, не Саларом зовут?

— Да, — изумленно кивнула Лэя.

— Вот и прекрасно! А меня зови дядя Глен. И обязательно передай от меня привет папе. Скажи ему, что с семьей его брата здесь все в порядке.

— А как вы догадались, что я могу передать ему привет?

Дядя Глен усмехнулся и заметил:

— А ты умница! Такая маленькая, а все замечаешь… Это было не трудно определить: тебя я вижу здесь впервые; твои папа и мама еще тут не появлялись, потому что они живы; а то, что ты не умерла, видно по твоей яркой ауре.

Лэя ничего не поняла из объяснений про какую-то ауру и продолжала удивленно смотреть на дядю. Он, заметив это, в шутку слегка нажал пальцем на кончик ее носика, улыбнулся и объяснил:

— Ты немного светишься — от тебя идет тепло. Да, и обращайся ко мне на «ты», я же все-таки тебе родной дядя.

— Подожди, так ты же, кажется, умер? У меня нет дяди…

— Да, я умер, как и все эти сэйлы. И, как видишь, ничего страшного в этом нет.

— А почему же тогда я здесь?

— Потому что ты фея. Волшебница. Обычно это случается, когда сэйл почти умирает и его душа, побывав здесь, возвращается в тело. После этого плотная оболочка слабо связана с телом, и душа начинает во снах странствовать по небесам.

— А мне ангел сказал, что меня станут обзывать ведьмой…

— Ах, ты и с ангелом встречалась… Тогда ты далеко зашла! Значит, будешь очень сильной волшебницей. А ведьмами вас называют на Сэйларе по скудомыслию да из страха перед вашей силой. Никому не говори о своих способностях, кроме папы с мамой, и все будет в порядке. — Дядя Глен задумался на минутку. — Да, пожалуй, и здесь тебе пока не стоит показываться многим… — И тут же сменил тему разговора: — Ты еще не устала? Ты же теряешь много сил, путешествуя в небесах.

— Нет, спасибо, не устала. Дядя Глен, а можно и мне потанцевать? Я никогда такой красоты не видела…

— Хорошо, только давай немного изменим твой вид. Закрой глаза и представь себя немного повыше… вот так. Теперь вообрази, что у тебя носик удлинился, а глаза стали чуть меньше… Все, теперь можем танцевать! — Дядюшка еле сдерживал смех.

— Я теперь такая страшная?

— Ничего, не страшнее прочих. И потом, мы-то знаем, какая ты красавица… зато танцевать теперь можешь сколько угодно — никто тебя не узнает. Так что… разрешите пригласить? — Дядя затейливо поклонился и протянул руку Лэе.

А затем ее подхватил вихрь танца, временами затихая, давая сделать несколько плавных па и снова унося в кружащемся по залу потоке. Украшенные колонны и витражи зала смешались с мишурой нарядов танцующих. Лэя все продолжала кружиться, пока видение зала не растаяло в дымке сна и она не проснулась в кровати.

С криком восторга девочка вскочила и понеслась в спальню к родителям:

— Мама, папа! Я сейчас так танцевала! В таком восхитительном дворце! Там был дядя Глен. Он просил передать вам привет и сказать, что у них все в порядке. Он такой добрый! Он вальсировал со мной. — Лэя забралась в постель к старшим и тормошила их.

Родители были поражены такой новостью и не знали, как реагировать. Наконец мама испуганно спросила:

— Откуда ты узнала про дядю Глена?

— Да от него самого! — продолжала восторженно подпрыгивать на кровати Лэя.

— Но он же умер.

— Конечно! Да не бойся ты! Он изменил мне лицо и прибавил роста, чтобы меня никто не узнал, и мы спокойно танцевали. А еще он сказал, что я никакая не ведьма, а маленькая фея. Вот!

— А что он тебе еще говорил? — озабоченно спросил отец.

— Да ничего особенного, потом мы танцевали, так что много и не говорили.

— Это хорошо, что он тебя оберегает там, — задумчиво произнес отец. — Главное, чтобы никто не знал о твоих ночных путешествиях.

— Да знаю я, пап! А кто он такой, этот дядя Глен, и почему он умер? И почему вы раньше мне почти ничего не говорили о нем?

— Понимаешь… — задумался отец. — Это очень грустная история. Он и вся его семья погибли во время пожара. Они тогда жили в столице — городе Венле. После этого мы переехали с тобой, совсем маленькой, сюда — на «чистый воздух».