Беня, часто моргая, наблюдал за тем, как из дома вышли Лопасть и Гангрена с забрызганной кровью рожей. В руках он держал большую тыквенную флягу. Зажав дубинку под мышкой и на ходу вытирая лицо рукавом, здоровяк хорошенько приложился к ней.

— От послала Пустошь еще одного Захара! — воскликнул Макота. — Эй, малый, мы пока дело не сделали! Погоди лакать!

Гангрена с Лопастью подошли к ним.

— Я от выпивки тока быстрее становлюсь, — пояснил бывший охранник. — Быстрее и злее.

— Пить потом будешь, дай сюда! — Макота забрал у него флягу, понюхал и вылил остатки пойла на голову Бени. Тот съежился, втянул голову в плечи.

— Ну что, хлопец, вот и нет у тебя больше дяди. Будешь новому хозяину служить?

— Буду, — прошептал Беня.

— А вот я не уверен, что мне такой служака нужен. Как-то легко ты слишком с прежним хозяином попрощался, да к тому же с родным дядькой своим… Зачем мне такие люди в клане?

— Я буду… — зашептал Беня, едва шевеля губами, мокрыми от пролившегося из фляги пойла. — Я буду верным.

Макота в ответ без замаха ткнул его кулаком по уху, и Беня повалился на бок.

— Здесь до утра лежи, не вздумай шевелиться. Утром решу, как с тобой быть.

Он развернулся и зашагал в сторону, где находился притон «Под Мостом». Лопасть, догнав хозяина, прогудел:

— Может, связать?

— Кого, доходягу этого? Нехай лежит, никуда не денется, разве что с Моста вниз сиганет. Ну, где там этот притон?

До здания оказалось недалеко. Оно напоминало лежащую на боку очень большую бочку с окнами в выпуклых стенах и круглой дверью в торце. Над дверью горел вполнакала прожектор, а из окошек лился свет, который то и дело пересекали тени. Слышались голоса, смех и звон. Под стеной возле двери лежал мертвый охранник, рядом присели на корточки Дерюга, Вышиба с арматурным копьем в руках и еще трое дикарей. Когда Макота с остальными подошли, вождь и помощник выпрямились.

— Что тут? — спросил атаман.

— Только один охранял, — шепотом доложил бандит. — Я в окно поглядел — на первом этаже человек двадцать, не меньше, но половина с ног уже валится.

— Как они там сидят? Как обычно?

— Не, столы составили таким длинным рядом, во главе Пузырь и Рюрик. Но когда я глядел, Рюрик как раз какую-то девку, ну, разносчицу, схватил и поволок на второй этаж.

— Девок много?

— Да почти нет. Наверное, всех наверх уже по комнатам растащили.

— А Пузырь у этих дверей сидит или на дальней стороне, где лестница?

— У дверей. Спиной к нам он щас получается.

— Так… — Макота попятился, оглядывая притон.

По бокам бочку подпирали две наклонные бетонные сваи. Атаман поглядел на своих людей и решил, что для поддержания авторитета неплохо снова показать силу. Ну, и, кроме того, ему просто нравилось орудовать светопилой, кромсать ею… да все, что угодно кромсать — от кирпичей и железа до человеческих тел.

— Вот что, хлопцы, — сказал он, — с теми, кто внутри, нежничать мы не будем. Сейчас так делаем: обходим бочку эту с двух сторон и под окошками становимся. Оружие приготовить. Я через двери внутрь заскакиваю и Пузыря режу. Как увидите, что голова его с плеч слетела — так начинаете палить внутрь. Меня не бойтесь зацепить, я теперь неуязвимый! Все понятно?

— Ты что, Макота?! Нельзя тебе внутрь одному лезть! — всполошился Дерюга, и атаман, сграбастав его за шиворот, рывком притянул к себе, а сам резко подался вперед — и врезал лбом бандиту в переносицу так, что у того искры из глаз полетели.

— Молодой! — прошипел Макота яростно. — Еще раз скажешь, че Большому Хозяину можно, а че нельзя — и я тебе руку по локоть отрублю. Понял ты?!

Дерюга засипел, откинув голову назад, обмяк в руках атамана и, когда тот разжал пальцы, свалился на бетон. Глаза его закатились, он слепо зашарил вокруг руками, кое-как сел и взялся за лоб. Не обращая больше на него внимания, Макота оглядел остальных.

— Все всё поняли? Тогда — готовсь! — Он сунул руку под рубаху, перевел кругляш доспеха под левой мышкой в среднее положение, потом достал из рукава закрепленную на запястье кожаной петлей рукоять светопилы и врубил ее. Синий круг, тонко свистя, озарил лицо атамана мертвенным светом.

Вышиба с дикарями попятились. Бандиты, уже видевшие оружие, отреагировали спокойнее. А Гангрена его раньше не видал, но все равно не удивился — он просто поглядел на стремительно вращающийся световой диск, отвернулся и зашагал в обход притона.

— Дерюга, хватит сидеть там, работать пора, — позвал Макота.

Бандит поднялся, шатаясь, потопал вслед за Гангреной. Вокруг глаз у него быстро расплывались два синяка, отчего он стал похож на грустного филина.

Дерюжка, Гангрена, Лопасть, Кабан и Бирюза встали по одну сторону от бочки, а дикари во главе с Вышибой — по другую.

— Эй, все! — позвал Макота. — Главное разом начать, неожиданно, чтоб они опомниться не успели и за стволы похвататься. Ясно это? Палите, как только башка Пузыря с плеч слетит. Дерюга, глянь аккуратно: он на том же месте сидит?